Королевское искушение

После позднего обеда Хуан-Карлос встретился с премьер-министром и несколькими самыми доверенными и известными предпринимателями. Он честно старался сосредоточиться на теме разговора: восстановлении экономики страны. Однако постоянно вспоминал тот момент, когда держал в объятиях Порцию. Образы их соединенных губ, тел, пульсирующих в одном ритме, не давали покоя. Она само совершенство. Идеал. Для него. Для страны.

А это еще откуда? Почему он думает о ней как о ком-то постоянном? Королеве Алмы!

Очевидно, помимо того факта, что его чувственная реакция – все равно что национальный флаг, развевающийся на мачте всякий раз, когда он смотрит на нее.

Он ничуть не сомневается, что она может занять место на троне рядом с ним.

Как человек публичный, он почти никогда не оставался один, но это не означает, что он не одинок. У него много лет нет серьезных отношений с женщинами. Всему виной честолюбие. Да, в его жизни были женщины, но ничего серьезного. Ни одна не вызывала в нем таких чувств.

Перед глазами возникло лицо Порции: фарфоровая кожа, льдисто-голубые глаза, надменный подбородок, рот со вкусом сладостного греха.

За короткое время Снежная королева стала для него важной и нужной, и…

– Ваше величество! Хуан-Карлос, вы в порядке?

– Что? О да, конечно.

Премьер-министр Ривера как-то странно на него посматривал.

– Я просто задумался.

Они говорили о том, как развить индустрию развлечений и привлечь туристов. Им необходимо заявить о себе как о свободном народе, продемонстрировать всему миру, что здесь правит демократия, и тогда новые гости и новые бизнес-предприятия будут с радостью приняты на их поразительно красивых берегах Атлантики.

– Собственно говоря, у меня есть мысль, как привлечь больше туристов, – заявил Хуан-Карлос.

– В самом деле?

Алекс Рамон навострил уши. В качестве заместителя министра торговли он был полностью в курсе темы.

– Расскажите нам.

– В семье много лет ходили слухи, что наши предки спрятали несметное количество шедевров искусства, картин и скульптур на разрушенной ферме, куда Тантаберра не подумали заглянуть.

Прямо перед низложением короля члены семьи решили спрятать произведения искусства, чтобы те не попали в жадные лапы диктаторов.

Мозг Хуана-Карлоса работал быстро. Он не знал, насколько это правдоподобно. Мальчишкой он часто слышал об этом. Дядя Рафаэль говорил о спрятанных сокровищах, как сказочник о пиратском кладе. Все это было волнующим и поражало воображение маленького мальчика.