Большая ложь. 1000-летняя попытка Запада ликвидировать Российскую Государственность

В Европе лишь несколько человек тогда знали, что этот внезапный и удививший даже искушенных политиков поворот произошел во многом благодаря незаурядной женщине…

Предвидя осложнения в политических отношений между Россией и Великими Державами в Европе – Англией, Францией и Австрией, российская сторона искала пути для формирования положительного мнения о России в различных кругах этих стран.

Дарья Христофоровна – русская патриотка – служила интересам России, пройдя азы дипломатии при муже в Лондоне (1812–1834).

Одно из ее посланий от 1823 года за пределы Англии были отправлено в виде письма с четырьмя конвертами, вложенными друг в друга.

Последний содержал запись конфиденциальной беседы графини с английским королем. Это были ценнейшие политические сведения. Причем послание было предназначено австрийскому канцлеру Меттерниху, который считал графиню из высшего света и супругу русского посла в Лондоне своим агентом. Однако…

Графиня Доротея де Ливен создала в столице Британии блестящий салон, где собирались дипломатические знаменитости и выдающиеся политические деятели самых различных взглядов и направлений.

Близко общаясь крупнейшими европейскими деятелями, она усвоила тонкости тогдашней международной политики.

Со временем графиня по инициативе российского министра иностранных дел наладила самостоятельную переписку с МИД, став неофициально одной из центральных фигур в реализации российской политики в Европе.

В 1825 году Дарья Христофоровна имела конфиденциальную беседу с российским императором: речь шла о тайном плане отхода от Австрии и сближении с Англией. Графине отводилась важная роль в реализации этого плана. В интересах Отечества, пустив в ход все свое женское обаяние и ум, она стала близким другом министра иностранных дел Англии, который через короткое время стал премьер-министром страны.

По возвращении на Родину Дарья Христофоровна была обласкана императорским двором, но, пережив потерю мужа и двух сыновей, отбыла в Париж в привычную для нее, как она говорила, «западноевропейскую сутолоку».

И здесь снова открыла новый респектабельный салон, который приобрел мировую славу, привлекая монархов и принцев, министров, выдающихся государственных и общественных деятелей.

В числе ее наиболее близких друзей в этот период и вплоть до смерти в 1857 году был Ф.