Русь-варяги – не викинги. Русь и Орда

Автор Патриаршей летописи не столь категоричен: «А Юрьева княгини, сестра Азбяка, царя Ординскаго, во Твери умре, инии же глаголють яко тамо во Твери зелием уморена бысть»

. Как было на самом деле – неизвестно, ибо Михаил не мог не понимать, что убийство сестры хана – дело очень опасное. Возможно, царевна имела свой запас зелья и, побоявшись бесчестья в плену, сама приняла яд.

Среди пленных оказались и участвовавшие в сражении татары вместе с ханским послом. Несмотря на то, что тверской князь отнёсся к ним с максимальным уважением, попотчевал и проводил домой, хан Узбек был возмущён таким непослушанием и смертью сестры.

Он вызвал обоих великих князей – тверского и московского – в Орду и устроил над ними суд, главным обвинителем в котором был побеждённый в сражении татарский посол Кавгадый. Понятно, что виноватым оказался князь Михаил Тверской. Тут его и казнили 22 ноября 1319 года.

Нет мира между Москвой и Тверью. Воюют, клевещут друг на друга, выпрашивают великое княжение владимирское, получают по очереди, а то и сразу оба великих князя.

Хану ордынскому того и надо. Чем сильнее вражда на Руси, чем больше там льётся крови, тем прочнее положение самого хана.

Спустя семь лет, при первой же возможности, сын Михаила Тверского Дмитрий отомстил за гибель отца: прямо в Орде и без позволения хана 21 ноября 1325 года он убил великого князя Юрия Даниловича, за что тоже в следующем году, 15 сентября, был казнён. И хотя великим князем тверским хан Узбек утвердил брата убитого – Александра, Тверь и его князья оказались у хана на подозрении и в немилости: «И бысть царь Азбяк гневен зело на всех князей Тверских, и называше их крамольникы и противных и ратных себе»

.

Вот этой ситуацией недовольства Тверью и решил воспользоваться ордынский «посол силен зело

царевич Щелкан Дюденевич», племянник хана Узбека. Он захотел лично сесть на тверской трон, стать хозяином на Тверской земле, естественно, не без одобрения самого хана. Летом 1327 года этот ордынский посол явился в город «со множеством Татар <…> хотя князей Тверских избити, а сам сести на княжении во Твери».

Летописец утверждает, что аппетиты Щолкана простирались не только на Тверскую землю, но и дальше: «А своих князей Татарских хотя посажати по Руским градом, а христиан хотяше привести в бесерменскоую вероу»

.

Посла приняли в Твери как положено, с уважением, хлебом-солью, дарами, поили-кормили. И даже позволили поселиться в княжеских хоромах.