Военные тайны ХХ века

Кажется, что придумать такое мог только выживший из ума человек. Но Сталин не был сумасшедшим.

Как свидетельствуют ранее засекреченные архивы, захват советскими войсками всей Европы был абсолютно реален. Но только при одном условии.

Что же это за условие, которое позволило бы Сталину отдать приказ своим маршалам ударить по Европе? Чтобы ответить на этот вопрос, стоит вначале выяснить – а что представляла собой нацистская Германия до того, как она стала мировым злом?

Вспоминает Карл-Герман Клауберг, в 1941?м – лейтенант 16?й моторизованной дивизии вермахта, участник Сталинградской битвы, историк:«Я никогда не имел дела с Гитлером.

И никогда не состоял в НСДАП. Мои родители тоже не были членами партии. Я отчасти был заражен тем, что этот человек, тогда провозглашенный великим, а потом объявленный преступником, был очень возвеличен в 1936 году – особенно во время Олимпиады в Берлине. И громче всех из тех, кого я видел тогда, ему кричали «Хайль!» американские студенты, которые присутствовали на Олимпиаде».

Вот самая неприятная тайна советской истории накануне начала Великой Отечественной войны.

Союзкиножурнал № 86 от 13 сентября 1939 года, производство Московской студии кинохроники:«Руководители Коммунистической партии и государства, а также рядовые агитаторы разъясняют народу, что гитлеровская партия – все-таки рабочая партия».

Трудно поверить – всего за полтора года до войны сталинская пропаганда не жалеет сил, чтобы убедить советский народ в том, что нацистская Германия – это наш стратегический партнер.

В Липецке, там, где сегодня базируется главный летный центр российских ВВС, в 1930?е годы постигали азы летного мастерства будущие асы «Люфтваффе». Только в январе 1941 года в Москве проходили подготовку 60 немецких военных летчиков. На кадрах ранее запретной кинохроники можно видеть, как боевой опыт офицерам «Люфтваффе» в Берлине передают советские летчики.

Немцы и русские вполне дружелюбно похлопывают друг друга по плечу, жмут руки.

Среди них был и Иван Федоров, в 1941?м – летчик-испытатель Горьковского авиазавода. Вот как он позже вспоминал свои показательные полеты перед руководством вермахта за несколько недель до начала войны: «Когда я сел, меня на руках из самолета вынесли. Сначала все выстроились, и они строевым шагом ко мне подходят и жмут руку – это они так свое признание показывают.