Военные тайны ХХ века

В боях за Берлин наша страна потеряла около 500 000 человек.

Вот что утверждает Олег Шишкин, историк:«Не следовало так форсированно спешить к Берлину. Может быть, имело смысл сберечь солдат в эти последние дни войны. Но, опять же, мы сталкиваемся с тем, что, во?первых, Жукова мог подгонять Сталин. Потому что было важно поскорее закончить эту войну».

Быстрее закончить войну. Первыми войти в Берлин. Много лет было принято считать, что полмиллиона солдатских жизней – заслуженная цена за право водрузить Красное знамя над рейхстагом.

Потому что если не мы, то это обязательно сделают американцы. И – украдут у нас заслуженную Победу…

Но на самом ли деле американцы собирались первыми войти в Берлин и положить несколько сотен тысяч своих парней за право написать в учебнике по истории, что они были первыми?

Послушаем, что говорит Маттиас Уль, научный сотрудник Германского исторического института:«Конечно, американцы были не прочь взять Берлин. Но они понимали, что немедленный штурм приведет к большим потерям.

В этом отношении любопытна запись выступления Дуайта Эйзенхауэра на заседании Объединенного штаба союзников, которое состоялось 7 апреля 1945 года. Дословно он сказал следующее: «Если после взятия Лейпцига окажется, что можно без больших потерь взять Берлин – я готов это сделать…» Советские историки трактуют эту фразу как однозначное намерение идти на Берлин. На Западе же, напротив, она означает отказ от штурма. Тут ключевые слова – «без больших потерь». Надо знать западный менталитет. Ни один американский генерал не решился бы положить столько жизней. Это был бы бесславный конец его карьеры…»

Но то, что для американского генерала означало бы конец карьеры, советскому маршалу принесло бессмертие.

16 апреля Жуков начинает беспрецедентную наступательную операцию. Великую – по своим масштабам, и трагическую, если исходить из колоссальных потерь. В штурме Зееловских высот примет участие 2 500 000 советских солдат.

В этот миг Жуков понимает: пришел его звездный час. Этот штурм – венец его блистательной военной карьеры. Маршал не прочь даже немного поиграть с противником. Вечером накануне наступления он придумывает эффектный ход. Жуков вызывает своего переводчика и протягивает ему секретный приказ о наступлении, который он только что подписал. «Возьми это и зачитай приказ по громкоговорителю на немецком языке. Чтобы они там услышали», – говорит он переводчику.