Битвы, изменившие историю

В последовавшие шесть лет, пока царь совершенствовал свою армию и свой план – не больше и не меньше как нападение на громаду персидской империи, не случилось ничего заметного, кроме нескольких стычек с греческими полисами (например, к возмущению Афин, Филипп штурмом взял Амфиполь). Совершать это нападение он собирался не как царь Македонии, а главнокомандующий лиги всех государств Греции. Словом, он увидел то, что проглядел Демосфен: персидская система вытеснит греческую цивилизацию, если греки не объединятся, а Персия сохранит свои размеры и богатства.

Более чем вероятно, что Филипп намеревался создать мощное государство на территории, населенной греками; чтобы не завоевывать, а сосуществовать.

Демосфен не проглядел значение первых этапов процесса объединения Греции. По его мнению, результатом должно было стать подавление демократии (в том числе лишение демократического государства привилегии воевать с любым другим государством). Когда по тщательно организованной просьбе граждан Филипп вмешался в один из локальных конфликтов и вышел из него официальным главой фессалийской конфедерации, оратор выступил со своей первой филиппикой.

И продолжал выступать до конца своих дней.

Здесь нужно заметить, что Филипп был дипломатичным лжецом крупного калибра, распутником, пьяницей и разбойником, а с гражданскими делами управлялся так же ловко, как с военными. Правление его было эффективно. Золотые рудники, разработка которых началась при нем, позволяли ему за все платить наличными; при дворе у него царила справедливость, и под его руководством народ процветал.

Что толку в демократии, если при Филиппе жить лучше? Таким образом, в большинстве городов крепли профилипповские настроения, и задача Демосфена весьма осложнилась. Нет нужды останавливаться на каждом па в этом запутанном танце, но в 338 году союзные армии Афин, Фив и нескольких городов помельче вышли против македонской армии в Херонее. Фиванцы были уничтожены, афиняне потерпели сокрушительное поражение.

К удивлению побежденных, победитель не занялся ожидаемыми вымогательствами и репрессиями, а созвал греческие города, в том числе Афины и Фивы, на совет в Коринфе. Филипп стал председателем на этом совете; зная, что греки думают своими языками, он разрешил им ораторствовать сколько вздумается. В конце концов было заключено общее соглашение, запретившее междоусобные войны и для верности назначившее Филиппа главнокомандующим коринфской лиги.