Системы мира и миры систем

Эта задача необычайно сложна поскольку не выделены условия общественной устойчивости в виде тех или иных критериев, достижение которых вызывает перестройку стержневого узора общества.

Но можем ли мы утверждать, что решая эту задачу устойчивости, мы найдем ту особенность поведения системы «человек – общество – биосфера», которая составляет суть кооперативного поведения системы? Приблизимся ли к пониманию этого поведения, учитывая наряду с материальными потоками потоки информации? Может ли вообще математическая модель быть адекватна поведению системы, относительно которой «есть подозрение», что она проявляет признаки разумного поведения, т.

е. обладает способностью самостоятельно выбирать решение?

Ноосфера как этап эволюции

Вопрос о разумности человечества приходит, таким образом, к некоторой грани, с одной стороны которой находится математическая модель развития, а с другой – реальная возможность выбора варианта решения, т.

е. ставится вопрос о возможности сознательного выбора обществом того или иного канала своего развития.

Это предположение представляется не более обоснованным, чем то, что биосфера сознательно пришла к фазе осознания самой себя через разум. Если общественное устройство есть форма, в которой единственно может поддерживаться сегодня человеческий разум, то можно ли говорить о том, что сама эта форма может быть сознательно трансформирована для улучшения условий совместимости с биосферой? Альтернативой такому привнесению сознательного начала в объективный мир является рассмотрение самоподдерживающихся процессов, обладающих способностью к эволюции, т.

е. содержащих в себе возможность трансформации и поступательного (с положительным отбором) развития.

Барон Мюнхгаузен, вытаскивающий самого себя за волосы из болота, как нельзя лучше иллюстрирует всю историю духовного роста человечества, вытаскивающего самого себя из трясины биологической зависимости, инстинктов и животных страхов.

Может ли человек, оставаясь внутри общества, подняться выше и увидеть все несовершенство общественного устройства? Несомненно да! Ведь у него уже есть опыт подобного «подъема» из биотического сообщества, членом которого он был, сидя на ветке в первобытном лесу.