Чечня – Нефть. История нефтяной промышленности. 1920–1930-е годы

Кривоносов оборвал чтение, в хату вошел член ревкома – станичный учитель Лозовой. Он предложил: «Давайте, я дочитаю».

«Не надо! На заседании дочитаем», – сказал Матушкин. Нагнувшись, он ловко поднял брошенный Кривоносовым на пол пакет и тщательно осмотрел его. Там оказалась приклеенной другая бумажка. «А слона-то вы и не приметили – сказал он. – Кроме воззвания, здесь есть секретное предписание из Моздока нам, Грозненскому ревкому».

Кривоносов взял бумагу и стал разбирать:

«Секретно. Весьма срочно. Кизлярскому военно-революционному комитету.

Копия Грозненскому военно-революционному комитету. Казаче-крестьянский совет предлагает вам немедленно по получении сего предложить командующему советскими вооруженными силами в г. Грозном в 24 часа сдать все оружие, броневики, и выдать большевиков. В случае невыполнения этих требований в назначенный срок предлагается открыть боевые действия против неприятеля. Председатель Терского казаче-крестьянского совета Г. Бичерахов. Секретарь Г. Столбовский».

«Пойду бить левой рукой большевиков», – завопил Безбрыжий.

«Выступаем за наше правое дело», – добавил Черноусенко, наливая себе рюмку араки и залпом выпивая ее.

«Теперь мы заговорим с большевиками на языке винтовок и пушек», – перебил Черноусенко Матушкин. – «За дело, ревкомцы… кажется, все наши в сборе?».

«Гордеича, что-то нет, а я наказывал через сына, чтоб беспременно был», – ответил Черноусенко. – Обойдемся и без Гордеича. Не до полуночи же сидеть. Не забывайте, что надо диспозицию на всякий случай дать станицам… Я уверен, что красные оружия не положат…».

Матушкин запел: «Будет буря, мы поспорим и поборемся мы с ней…».

«Начинать, так начинать», – сказал Кривоносов и занял председательское место.

«Так вот нам, казаки, надо разработать план наступления на Грозный. Сведения о боевых силах большевиков у меня имеются подробные».

Кривоносов вынул из-под бешмета кучу бумаг. Тут были сводки, планы и списки казаков.

«Матушкин – спец военного дела. Не даром тебе четырех „егориев“ на черкеску навесили.

Тебе и карты в руки. Мы тебя назначим командующим нашим фронтом. Я думаю, казачество, возражений не будет?» – спросил председатель.

«Просим!» – заговорили хором присутствующие.

«Благодарю за честь. Долг свой перед войском выполню до конца», – расшаркиваясь и изгибаясь, как вьюн, произнес вновь испеченный командующий. – «Теперь позвольте, господа, то бишь, казаки, просить вас назначить мне начальником штаба полковника Зверева.