#МояФилософия. Сетевые диалоги

Множество философских систем существует не потому, что существует множество сфер мышления: мышление о Боге в философии религии, мышление о нравственности в философии этики, мышление о проблемах науки в философии науки. Такое разделение на предметы есть и в физике: физика плазмы, физика твердого тела, ядерная физика и пр. Примечательно, что, в отличие от физики, множество философских систем существует в рамках одного предмета: сколько философов – столько и философий религии, философий науки, философий «ничто».

И такое возможно только потому, что предмет философского анализа (скажем, мышление «ничто») находится в головах философов. И понятно, что все эти предметы (индивидуальные мышления) не совпадают – даже сравнить невозможно.

Интересно, а вы серьезно полагаете, что «ничто» как предмет философии может находиться вне человеческого мышления и как-то там вне головы исследоваться? Не имеете же вы в виду вакуум?

Не совсем корректно, как мне кажется, сводить философию к некоторой способности или к результату этой способности – например, к мышлению мышления.

Очень странное заключение. При чем тут способность? Следует ли, к примеру, констатацию, что предметом науки являются воспроизводимые явления или просто предметы внешнего мира, трактовать как сведение науки к способности человека изучать/осмыслять предметы?

Способность мышления есть основа любого познания. Мышление мышления – это указание на предмет. Философ не ездит в полевые экспедиции, а сидит в кресле и анализирует свое мышление.

Оно ему и дано в качестве предмета в каждый момент времени. И в качестве инструментов ему не нужно ничего, кроме своего мышления. Это и есть методология философской деятельности. Философом может стать любой, кто обладает рефлексивной способностью мыслить свое мышление.

Но в такой формулировке – «мышление мышления» характерно для всякой науки.

Да, но лишь как элемент, да и то лишь в теоретической области. Исходно предметом науки является нечто вне человека, и в результате своей деятельности ученый должен сделать некое высказывание, некое проверяемое предсказание о предмете вне себя.

Иначе это не будет наукой. А вот между выделением предмета и предсказанием об этом предмете ученый может (и должен) рефлексировать.

Философия же принципиально не подразумевает продуцирования проверяемых высказываний о предмете вне мышления – иначе она автоматически становится наукой.