Чужой для всех. Книга 3

По эмоциональному всплеску сравнимо с дьявольским азартом, охватывающим его перед большим наступлением. Изящные тонкие пальцы Кей лежат в тяжелой ладони Айка. Они танцуют и ведут беседу.

– У Фрэнка прекрасный голос. Душевный тембр. Необычная манера исполнения, – замечает генерал. – У певца завидное будущее. Он завоюет не одну музыкальную премию, – рука сползает к талии.

Кей не замечает движения руки Айка. Ее охватывает волнение от нового поворота в разговоре.

– А у нас, Айк, есть будущее?

– Будущее есть у каждого, крошка.

Ты со мной. Тебе нечего волноваться. Научись ждать, и все будет хорошо.

По интонации Кей поняла, что это не признание Айка, но новый шаг в отношениях. Она не хотела упускать этого момента.

– Айк, давай сходим после войны на концерт молодого крунера. Нам будет приятно послушать живое пение Фрэнка. Оно напомнит нам о сегодняшнем вечере.

– Обязательно сходим, дорогая. Но это будет нескоро, – перешел на шепот Айк, целуя волосы. – Главное, ты жди.

– Я буду ждать, Айк, – также зашептала Кей, поддавшись настроению.

 – Мы будем вдвоем. Ты и я. Я и ты. Хорошо, любимый?

– Но это будет нескоро. Возможно… Возможно… – Айк по-медвежьи притянул Кей за талию и ошалело впился в алые манящие губы. Еще несколько вожделенных поцелуев… в глаза, пунцовые маленькие ушки…

Упоенный взгляд остановился на изящной линии шеи.

– Подожди, Айк. Не спеши, – запротестовала Кей, пытаясь оторваться от настойчивых хмельных уст. – Мне надо выйти на минуту.

Я быстро.

– Кей, не останавливай меня. Я прошу…

– Так надо, любимый. Ну!.. – секретарь выскользнула из душных объятий. – Я недолго. Тебе понравится. Я накину розовый пеньюар.

– Пеньюар? Какой пеньюар? – взгляд Айка затуманен. Дыхание тяжелое. Мыслительная амплитуда близка к нулю. Генерал морщит лоб, что-то вспоминает. Пальцы разжимаются. Внутренний протест… желание… иссякают. – Да, пеньюар… розовый. Мой подарок… Хорошо, иди, – разочарован он. Вдогонку крикнул: – В шкафчике возьми новый кусок лавандового мыла…

– Женщины, женщины! Все вы одинаковы, – сокрушенно ворчит генерал, когда остается один.

 – Вторая Мейми. Одни условности. Они должны выглядеть свежими и обворожительными.

Крепкий шотландский виски уже в бокале. Немного содовой, лед. Пошло хорошо. Горькая усмешка: «А как же мы? Наши желания? Не в счет? Надо же, в пеньюаре! Мне сейчас ты нужна, сию минуту. Вот здесь!.. Под картиной Рубенса!.. Одни условности.