Чужой для всех. Книга 3

Ты, наверное, отдохнул? Вижу, у Сирени глаза блестят. Порхает, как бабочка. Группы приняла без ошибок, хотя давно не работала.

Миша вздрогнул, заиграли желваки.

– Какие будут указания, товарищ майор? – повторил он.

– Иди к черту! – властно рубанул офицер. – Мне надо побыть одному.

Миша козырнул, развернулся. Заскрипели половицы под тяжелыми удаляющимися шагами. Вслед разведчику оглянулась Инга. Взгляд тревожный, беспокойный. Она слышала разговор офицеров.

Киселев спешно выдернул листок из блокнота.

– Срочно передай Альфреду…

ГЛАВА 5 13–14 декабря 1944 года. Ставка Моделя. Начало операции «Вахта на Рейне»

Фельдмаршал Вальтер Модель пребывал в отличном настроении. Офицеры Ставки давно не видели шефа таким воодушевленным. Жесткий, порой до солдафонской грубости непримиримый, сегодня он выглядел уважительным, не чопорным. Штабисты втихаря переглядывались, мол, патрон, часом не тронулся на почве успешного наступления? С огрубевшего, заматерелого лица фельдмаршала весь день не сходила улыбка сродни улыбке бравого ефрейтора, удачно проведшего ночь в самоволке с дочкой булочника.

Вечером фельдмаршал еще более приободрился, отметив резкое ухудшение погоды. «Атмосферное давление падает. Это надолго! – потирал он руки. Его глаза искрились. – Именно такую погоду „заказал“ Гитлер. „Погода должна быть плохой, иначе акция не будет иметь успеха“», – вспомнил он слова вождя.

Белесый туман, словно по заказу нацистов, медленно оседал в глубокую лесную расщелину. Зацепившись тяжелым брюхом за остроконечный флюгер роскошного охотничьего дома, окончательно повис, застыл в виде плотного киселя, оставив всякую надежду декабрьскому солнцу прорваться к Рождеству. Здесь, в низине под Эйфелем, недалеко от Бонна, в лесной усадьбе крупного промышленника и размещалась Ставка Моделя.

«Почему фюрер не звонит? Выжидает последних новостей? Что еще не доложили Йодль или тот же Рундштедт? Ставка передала им все сведения. Фюрер всегда требовал и ценил его отчет. Звонил ему сам, приучил не беспокоить без надобности. Надобность как раз есть. Такие впечатляющие успехи… Странное молчание…»

Фельдмаршал, стоя у окна, радуясь непогоде, одновременно размышляя о стойком молчании Гитлера, вновь решил уделить внимание гостю.