Ответственность религии и науки в современном мире

Всеобъемлющий культурный кризис современности основывается на нравственном кризисе, который Макинтайр, однако (безусловно, под влиянием описанного в начале развития в Америке), с резким культурным пессимизмом рассматривает исключительно отрицательно: «Мы, несомненно, обладаем видимостью нравственности, мы продолжаем использовать многие ключевые выражения. Но мы в значительной степени, если не полностью, потеряли как теоретическое, так и практическое понимание нравственности» («We possess indeed simulacra of morality, we continue to use many of the key expressions.

But we have – very largely, if not entirely – lost our comprehension, both theoretical and practical, of morality», c. 2).

2

Согласно Макинтайру, перед современной нравственной проблематикой отказывает и господствующая в настоящее время философия: «В реальном мире доминирующие философии современности, как аналитическая, так и феноменологическая, будут… бессильны распознать нарушения нравственной мысли и практики» («In the real world the dominant philosophies of the present, analytical or phenomenological, will be … powerless to detect the disorders of moral thought and practice».

Там же).

3

Ср. J. Mittelstra?, Auf dem Wege zu einer Reparaturethik? in: J.-P. Wils – D. Mieth (Hrsg.), Ethik ohne Chance? Erkundungen im technologischen Zeitalter, T?bingen, 1989, S. 89-108 (здесь же содержательные естественно-научные статьи M. Wolff, G.

Mack, M. Schramm, а также со стороны философии – W. Ch. Zimmerli и O. H?ffe).

4

J. Rawls, A Theory ofjustice, Cambridge / Mass. 1971 / Пер. на нем. Eine Theorie der Gerechtig-keit, Frankfurt, 1975; в оригинале с. 387–388; немецкое издание переводит на с. 426 «?ber-schneidende statt genaue ?bereinstimmung» (пересечение вместо точного соответствия). В противовес преобладающей в англо-американском пространстве утилитаристской этике (Хьюм, Адам Смит, Бентам и Милль) гарвардский философ развивает теорию справедливости (как Fairness), которая основывается на теории общественного договора Локка, Руссо и прежде всего Канта и должна стать «лучшим нравственным основанием демократического общества» (с.

12). Роулз исходит из двух принципов справедливости: «1. Каждый должен иметь равное право на обширную систему одних и тех же основных свобод, которая совместима с такой же системой для всех остальных. 2.