Кому мы обязаны «Афганом»

 Бжезинский, – в состоянии разорвать прямые связи между крайними западными и дальневосточными евразийскими союзниками США»[68 - Бжезинский З. План игры. М.: Прогресс, 1986. С. 201–202.].

Комментарии здесь излишни. Афганистан по определению не мог быть исключен из геополитических прикидок Вашингтона. Как, впрочем, и Москвы.

Взвалив на себя роль могильщика капитализма и предводителя всех угнетенных народов мира в деле построения счастливого будущего – социализма, Старая площадь не могла не думать о том, чтобы подверстать своего южного соседа к реестру стран «социалистической ориентации», таких как Южный Йемен, Эфиопия, Ангола и многих других, для которых социализм виделся желанным раем, а Москва – надежным проводником в этот рай.

Вся закавыка была в том, что Афганистан, хоть и считался сферой советского влияния, не мыслил о том, чтобы расстаться со своим нейтралитетом, а тем более согласиться поменять веру мусульманскую на коммунистическую. И то и другое напрочь исключалось. А это шло вразрез с геополитическими планами Старой площади, с ее мессианскими надеждами.

Вот как эту мысль, правда, несколько витиевато, изложил в своих мемуарах В. Крючков:

«Нельзя не учитывать суть афганской проблемы, заключающейся в необходимости учета интересов Советского государства, что в эпоху тогдашнего противостояния в мире делало это весьма серьезным аргументом»[69 - Крючков В. А. Личное дело: Часть первая. М.: Олимп; ACT, 1997. С. 242.].

В соответствии с этим «аргументом», а проще говоря, со своими мессианскими задумками, Старая площадь и действовала.

Глава третья

Б. Кармаль: «Россия хотела, чтобы здесь произошла революция»

«Были у нас товарищи, считавшие, что в Афганистане есть все условия для создания пролетарской партии и революции»[70 - Еженедельник «Власть». 25 ноября – 1 декабря. 2002. С. 77.], – вспоминает Николай Григорьевич Егорычев. Уж кому, как не ему, знать потаенные от народа помыслы главных обитателей Старой площади?! Ведь он сам, как первый секретарь московского горкома КПСС и кандидат в члены Политбюро ЦК КПСС, был сопричастен ко всему, что там происходило.

«Тот же Борис Николаевич Пономарев, заведующий Международным отделом ЦК (и тоже кандидат в члены Политбюро ЦК КПСС. – А.Ж.), – продолжает он, – как был в молодости приверженцем мировой революции, так и остался. Без всякого учета местных условий создали Народно-демократическую партию Афганистана – фактически две партии под одной крышей.