Еврейская кухня

– И действительно, не ищешь какое-то определенное яйцо ганзера, которое, чего доброго, сделало тебе гадость?

– Нет, нет, – заверил Марвин. – Я в жизни не встречал ни одного яйца ганзера.

– Ты даже не… И все-таки охотишься… Я, должно быть, схожу с ума. И наверняка ослышалось. Собственно, так просто-напросто не бывает. Это какой-то чудовищный кошмар… Подходит к тебе помешанный, спокойно, как будто так и надо, хватает тебя в лапы и глазом не моргнув заявляет: «Я вообще-то охочусь за яйцами ганзеров».

Марвин сконфузился, раскипятился и возмечтал, чтобы яйцо ганзера заткнулось. Он грубовато сказал:

– Я вовсе не валяю дурака. Моя работа – собирать яйца ганзеров.

– Собирать… яйца ганзеров! – простонало яйцо ганзера. – Ах, нет, нет, нет! Боже, не верится, что все это на самом деле, и все же это происходит, на самом деле проис…

– Не распускайся! – прикрикнул Марвин: яйцо ганзера явно готово было впасть в истерику.

– Спасибо, – проговорило яйцо ганзера, помолчав. – Теперь я в норме. Слушай, можно задать тебе один-единственный вопрос?

– Только поживей, – ответил Марвин.

– Я вот что хочу спросить, – сказало яйцо ганзера, – тебе такие дела доставляют удовольствие? Я хочу сказать, ты не склонен ли к извращениям? Только не обижайся.

– Ничего, – ответил Марвин. – Нет, я не склонен к извращениям и, поверь, никакого удовольствия не испытываю.

– Тебе неприятно! – взвизгнуло яйцо ганзера. – А мне-то, по-твоему, каково? По-твоему, для меня это в порядке вещей, если кто-то подходит, как в кошмарном сне, и «собирает» меня?

– Спокойней, – попросил Марвин.

– Бешеный, – пробормотало яйцо ганзера в сторону. – Абсолютно, совершенно невменяемый. Можно… можно, я оставлю жене записку?

– Некогда, – твердо ответил Марвин.

– Тогда разреши мне хотя бы помолиться.

– Валяй молись, – сказал Марвин. – Только побыстрее закругляйся».

Глава 1

Приготовление отваров – собственно варка

Вот уж стоит перед ним тарелка вкусного супа.

Плавают в супе лепешки с горячей начинкой.

Бульон же

Золотом так и сверкает расплавленным, жидким, – а солнце

Луч свой дробит в пузырьках, и жирные блестки сверкают

Желтым и синим огнем.

    Шауль Черниховский.