Политическая культура в баснях И.А. Крылова

Здесь предложение примириться с волками, которые существовали всегда. Например, признание того, что «воровали в России всегда». Кроме того, «сват и кум» – это прирученные собаки, которые когда-то были «волками».

Могут ли «перевоспитаться» волки,? Если относительно некоторых «волков», которые проживают в стране, еще есть какая-то надежда, то с зарубежными «партнерами-волками» ситуация выглядит сложнее. Со стороны зарубежных «волков» их попытки напомнить нашей стране об общем «славном прошлом» (например, «втором фронте» во время второй мировой войны) выглядят спекуляцией на тему общего врага – нацизма, сейчас – терроризма и т.

 д.

Далее Волк в басне дает обещание:

«А я, не только впредь не трону

здешних стад,

Но сам за них с другими грызться рад

И волчьей клятвой утверждаю,

Что я…»

Здесь имеет смысл вспомнить о продвижении военного блока НАТО к границам России, хотя давались торжественные обещания не делать этого и совместно с Россией хранить международную безопасность.

«Волкам» верить нельзя хотя бы потому, что есть опыт их поведения во Второй мировой войне, да и весь предшествующий опыт взаимодействия с Россией.

Распространен вариант – отдавать «волкам» часть «овец», чтоб они не сожрали всё «стадо». Как выясняется, «волки» такие компромиссы воспринимают только как слабость и готовы все-таки съесть всё «стадо» т. е. уничтожить Россию как самостоятельное государство, поглотить полностью ее ресурсы и т. д.

В басне представляет интерес сама ситуация нахождения Волка в замкнутом пространстве, на чужой территории.

Есть и такой вариант, который проявил себя как удачный, во время войны 1812 года – пустить врага на свою территорию и на своей территории его уничтожить. Во время Великой Отечественной войны этот вариант был вынужденным, но он позволил уничтожить врага. Здесь мы видим иллюстрацию известного правила – враг не может победить того, кто даже на своей территории остается непримиримым к завоевателю.

Главным остается сохранение всеми, кто отвечает за национальную безопасность, сохранять мудрость и историческую память. Об этом и говорит «ловчий» Волку:

«Ты сер, а я, приятель, сед,»

Непримиримость по отношению к Волку в басне так аргументируется «ловчим»:

«И волчью вашу я давно натуру знаю;

А потому обычай мой:

С волками иначе не делать мировой,

Как снявши шкуру с них долой».

Волчью натуру не переделать.