Тайна Эдвина Друда. В переводе Свена Карстена, с окончанием и комментариями

В рамках моего бизнеса, сэр – ведь я провожу аукционы. И вот, представьте, например, приносят мне на продажу французские часы. Я никогда их раньше не видел, сэр, никогда в жизни! Но я кладу на них мизинец – вот так – и тут же определяю: Париж! Или, скажем, приносят мне китайский сервиз, тоже мне совершенно не знакомый. И я снова, сэр, кладу на него мизинец и говорю безо всякой ошибки: Пекин, Нанкин, Кантон! И то же самое с Японией, Египтом, бамбуком или сандаловым деревом из Вест-Индии – я кладу на всё! Я могу положить палец даже на Северный полюс и сказать: «Сделан эскимосами, куплен за полбутылки огненной воды!»

Мистер Джаспер находит такой способ получать знания о мире и его жителях просто потрясающим и достойным всяческого восхищения.

Мистер Сапси соглашается с этой оценкой с видом непередаваемого самодовольства.

– Очень интересно, мистер Сапси, очень интересно. Но Вы, как я понял из Вашего приглашения, хотели поговорить со мной о покойной миссис Сапси?

– Именно, сэр, – мистер Сапси снова наполняет стаканчики портвейном и убирает бутылку подальше.

 – Но прежде чем я попрошу Вас, как человека, понимающего толк в прекрасном, высказать своё мнение об одной безделице – потребовавшей от меня, однако, известного напряжения ума и талантов – я хотел бы кратко обрисовать Вам основные черты характера моей недавно почившей супруги.

Мистер Джаспер, который как раз пытается скрыть зевоту рукою со стаканчиком вина, перебарывает приступ сонливости и придаёт лицу умеренно заинтересованное выражение.

– Примерно шесть лет назад, – начинает мистер Сапси, – когда я в очередной раз ощутил настоятельную потребность делиться плодами своего ума и знания света с кем-нибудь ещё, я стал задумываться о поиске брачного, так сказать, партнёра. Поскольку – как я всегда говорю – каждой твари должно быть по паре.

Мистер Джаспер выражает горячее желание сохранить это оригинальное высказывание покрепче в своей памяти.

– В те времена, юноша, в бедном районе нашего города располагалось одно образовательное учреждение – я не скажу, что конкурирующее с моей школой в «Приюте Монахинь», но могущее когда-то в будущем составить ей такую конкуренцию. Содержала эту школу некая мисс Бробити, и люди утверждали, что она настолько преклонялась перед моим умом и красноречием, что не пропускала ни одного аукциона с моим участием.