Семейный портрет спустя 100 лет

Но не Клара. Она оставалась андалузской принцессой – избалованной, капризной, прихотливой. Люди, знавшие близко мою бабушку, удивлялись, чем так гордился Михаил, превознося все выходки жены. А жена требовала к себе и к своему мужу уважения, преклонения и почёта.

Если их приглашали на свадьбу, то первый танец принадлежал не жениху и невесте, а Кларе и её мужу. Если честно, они были почётными гостями на любой свадьбе. Дедушка был богат и мог позволить себе самый щедрый подарок. Со временем это вошло в норму еврейского населения Сквиры.

Чета Левинштейнов пользовалась особым уважением. У бабушки было полно причин задирать голову высоко вверх.

В начале двадцатого века Сквира представляла собой большое еврейское местечко с двадцатью тысячами еврейских граждан. (После Второй мировой осталось две тысячи евреев.) В городе действовали две большие синагоги, ритуальные бани. После революции все религиозные храмы расформировали, синагоги и костёл в том числе. Оставили маленькую церквушку, расположенную у входа на базар.

Сквира считалась городом более интеллектуальным, чем другие местечки в губернии. В Сквире и до революции было отделение Бунда и ещё каких-то партий.

В среде евреев практиковали врачи. В городе была сельскохозяйственная академия. Некий профессор Иосиф Мигдаль, ученик Мичурина, разводил новые сорта фруктов и цветов, в частности роз. Горожане бегали к нему на опытное поле, выпрашивали саженцы, некоторые жители просто воровали их, и Сквира превратилась в один сплошной розарий.

Это увлечение дошло до моих дней.

В городе функционировала небольшая художественная артель. Евреи заказывали портреты своих детей. Художники рисовали их стоящими на садовых дорожках среди цветущих ирисов и гладиолусов. Потрет шестилетней тёти Полины с розой в одной руке и с соломенной шляпкой в другой сохранился до моих дней. Папу не смогли написать, он ни секунды не стоял на месте.

Потом художественная артель перешла исключительно на портреты основоположников марксизма-ленинизма и членов политбюро по фотографиям.

Эти портреты на древке носили на ноябрьской и первомайской демонстрациях. У художников работы было много. Частные заказы запрещались.

Еврейские отпрыски должны были учиться игре на скрипке, на рояле. В городе открыли музыкальную школу и консерваторию. Кинотеатры выросли как грибы по всем городам России, в том числе и в Сквире.

Судил в Сквире судья со странной фамилией – Гусак, еврей по национальности.