Путин. Наши ценности

В наших координатах современный либерал-глобализм представляет собой троцкизм, из которого убрали классовую доктрину и истмат. Россия это уже проходила, именно этим объясняется наш иммунитет к подобным «неизбежностям».

Несмотря на явное родство наших цивилизационных установок с Западом, нас всегда маркировали как «анти-Запад». Противопоставление России и Запада началось задолго до XX века и победы марксистской теории в отдельно взятой стране. Скорее это было итогом длительного процесса. Европа и в XIX веке считала нас цивилизационным противником, но в XX веке она получила этому зримое подтверждение – «чуждую» марксистскую идеологию.

Россия, к сожалению, на том этапе и сама втянулась в чисто идеологическое противостояние, вместо того чтобы оставаться на хорошо знакомом поле геополитики, привычном ещё со времён Наполеоновских войн и «Большой игры» между Британией и Российской империей.

К сожалению, сформированные в XX веке идеологические установки о России как о вражеской стране живы до сих пор.

Так, согласно опросу Fox News, проведённому весной 2017 года, 64 % американцев считают Россию врагом. Шаблонный и стереотипный взгляд на «агрессивного русского медведя» выгоден Западу в первую очередь с точки зрения собственной внутренней пропаганды.

Россия для Запада очень удобный враг. Привычный и наглядный. Тяжело видеть глобального и сильного врага в кучке плохо одетых мужчин, которые бегают с автоматами где-то там в далекой пустыне. Во-первых, такой противник для крупнейшего военного альянса в истории человечества смотрится несерьёзно; во-вторых, победить его, как и любое другое партизанское движение, крайне трудно; в-третьих, борьба с исламским радикализмом может задеть чьи-нибудь тонкие чувства, нарушить пресловутую политкорректность.

Совсем другое дело Россия. Подавляющее большинство населения белые, а значит, в маркировке её как врага нет расизма. Ядерный потенциал, почти равный американскому, делает её очень грозным в теории, но очень безопасным на практике противником.

Ведь никто не хочет ядерной войны, поэтому можно ограничиться демагогией и дипломатическими пикировками. Россия становится идеальным врагом.

В итоге Запад оказался заложником собственной пропаганды и никак не может понять, что феномен Путина – это не пример авторитарного режима, который можно свергнуть при помощи майданных технологий.

Вопросы идентичности

Для любой идентичности крайне важна система маркировки «свой – чужой».