Оранжерея

А у тебя, оказывается, терапия, – говорю я, когда мы отходим на достаточное расстояние. Я протягиваю руку, и Кей крепко сжимает ее.

– Какая еще терапия?

– Ну, ты же сказала…

– Ох! Ну ты и балбес. Я наврала с три короба. Ты что, думал, я поделюсь тобой с этой хвостатой цыпочкой?

Я оборачиваюсь, прислоняю ее к стене – и внезапно ее тело наступает со всех сторон: алчные руки загребают меня, поглаживают, сжимают во всех местах, а мой рот наполняют ее непередаваемые, экзотически-пряные вкусы.

* * *

Некоторое время спустя мы оказываемся в скромной беседке в гостиной, ранее нам неизвестной, где-то в Зеленом Лабиринте; потные, голые, усталые и счастливые.

Раньше я занимался этим делом только с ее ортоформой, но сейчас – иной расклад. Своими четырьмя ловкими руками она проделывает такое, отчего я готов прямо-таки голосить от восторга. Жаль, не могу ответить ей чем-то в этом роде. Может, однажды, когда я соберусь достаточно, чтобы осмелиться переключиться на ксеноморфное тело… Я редко задумываюсь о таких вещах, но Кей хорошо умеет снимать мои запреты.

После всего она отрывается от меня и обнимает.

– В эксперимент не берут пары, – тихо говорит она.

– Но ты сказала, что мне нужно поучаствовать.

– Так и есть. – Она довольно спокойно относится к этому. А я не спрашивал, было у нас все всерьез или мимолетно.

– Почему? Я вовсе не обязан…

– Если тебе угрожает опасность, я хочу, чтобы ты был там, где безопаснее.

Я кладу руку ей на грудь – и Кей вздрагивает.

– Они дадут нам другие тела, – шепчет она. – Мы, наверное, даже узнать друг друга не сможем.

– Тебя это не смутит? – обеспокоенно спрашиваю я. – Если ты стесняешься…

– Я могу притвориться, что это тщательно продуманная маскировка. Я ведь так уже делала – забыл?

Вот оно что.

– Значит, придется солгать. – Слова срываются с губ почти против моей воли.

– Почему? – спрашивает она. – Мы же не пара. – Мое сердце на мгновение замирает. – Ну, пока что.

– Ты моногамна или полигамна?

– Я могу по-всякому.

 – Соски под моими пальцами напрягаются. – Хотя, скажу тебе, с одним партнером легче поддерживать эмоциональное равновесие. – Я чувствую, как ее спина слегка напрягается. – А ты у нас – ревнивая натура?

Я предельно серьезно обдумываю вопрос.

– Вряд ли. Хотя… не уверен. Я слишком мало помню. Когда Линн предложила тебе с ней задержаться, я не ревновал особо. Наверное, в кругу друзей не стал бы.

– Ну и славно.