Шрам

И вот перед ней сидел Фенек, заявлявший – что? – что он жил там?

– Неправда, что там нет чужих, – говорил он; Беллис уже сумела успокоиться настолько, что могла его слушать. – Там даже есть некоторое количество людей, которые вывелись на Дженгрисе… – Губы его скривились. – Вывелись – именно то слово, а вот насчет людей я уже не уверен. Их вполне устраивает, что все считают, будто те воды – как частичка преисподней, край света. Но, будь я проклят, они, как и все, принимают торговцев. Там есть несколько водяных, пара людей… и другие.

Я провел там больше полугода. Поймите меня правильно: там опаснее, чем во всех других местах, где я побывал. Если торгуешь на Дженгрисе, то правила… правила там ни на что не похожи. Вы их никогда не выучите и никогда не поймете. Я был там шесть недель, когда мой лучший тамошний друг, водяной из Джангсаха, который торговал там уже семь лет, был арестован. Я так никогда и не узнал, что с ним случилось и почему, – ровным голосом сказал Фенек. – Может быть, он оскорбил одного из богов гриндилоу, а может быть, ткань, что он привез, оказалась недостаточно прочной.

– Так почему же вы там оставались?

– Потому что если вы сможете там продержаться, – с неожиданным возбуждением сказал он, – то оно того стоит. Их торговля необъяснима, навязывать им обмен или пытаться переубедить их бессмысленно. Они просят доставить им бушель соли или стеклянные бусы равными частями – пожалуйста. Никаких вопросов, никаких уточнений. Вам надо – я поставляю. Фруктовое ассорти? Получите.

Треска, опилки, смола, грибок – мне все равно. Потому что, клянусь Джаббером, когда они платили, когда они были довольны… Оно того стоило.

– И все же вы оттуда уехали.

– Да. – Фенек вздохнул, встал и заглянул в буфет.

Беллис промолчала.

– Я несколько месяцев провел там – покупал, продавал, исследовал Дженгрис и его окрестности – подводные, вы понимаете, – и вел свой журнал. – Он говорил, стоя к ней спиной, – возился с чайником. – Потом до меня дошли слухи, что я… что я согрешил. Что гриндилоу сердиты на меня и если я не уберусь поскорее, то мне конец.

– И что же вы такого сделали? – неторопливо спросила Беллис.

– Понятия не имею, – ответил Фенек. – Совершенно не представляю. Может, те подшипники, что я поставил, оказались не из того металла, а может, луна была не в том доме, или умер кто-то из их магов, и они сочли, что по моей вине. Не знаю. Мне только и было известно, что я должен торопиться… Я оставил кое-что, чтобы они взяли ложный след.