Вокзал потерянных снов

Однако в них не было ни крестиков, ни ноликов, никаких других знаков.

Лин покружила немного в окрестностях. Ее юбка и блузка суетливо мелькали; наконец, рассердившись на себя, Лин подошла к двери и быстро постучала.

«Мало того, что я опоздала, – подумала она, – а теперь он разозлится на меня еще больше».

Где-то наверху раздался скрип дверных петель и рычагов, и она разглядела над головой отблеск света: какая-то система линз и зеркал была приведена в действие, чтобы те, кто внутри, могли судить, стоит ли внимания тот, кто находится снаружи.

Дверь отворилась.

Перед Лин стояла огромная переделанная. Голова красивой смуглокожей девушки с длинными прямыми волосами была насажена на семифутовый скелет из железа, свинца и олова – жесткий телескопический треножник. Ее тело было приспособлено для тяжелой работы, поршни и шкивы создавали впечатление несомненной мощи. Ее правая рука находилась на уровне головы Лин, а из медной ладони торчал отвратительный гарпун.

Лин отпрянула в изумлении и ужасе.

Из-за спины несчастной девушки раздался надменный голос:

– Госпожа Лин? Художница? Вы опоздали. Господин Попурри ждет вас. Пожалуйста, следуйте за мной.

Опираясь на среднюю ногу и убрав за нее остальные две, переделанная подалась назад, чтобы дать Лин возможность пройти. Гарпун так и остался на месте.

«Как далеко вы способны зайти?» – мысленно спрашивала себя Лин, шагая во тьму.

В дальнем конце совершенно темного коридора стоял человек-кактус. Лин ощущала в воздухе его запах, хотя и очень слабый.

Он был семифутового роста, массивный, с толстыми конечностями. Голова бугром выступала над линией плеч, а шишковатые узлы зимостойких побегов дополняли неровности его силуэта. Зеленая кожа была вся покрыта рубцами, трехдюймовыми иглами и мелкими весенними красными цветами.

Он поманил Лин шишковатым пальцем.

– Господин Попурри может позволить себе быть терпеливым, – сказал он, после чего повернулся и стал подниматься по лестнице, которая оказалась за его спиной, – однако я не припомню, чтобы ему когда-нибудь нравилось ждать.

Он неуклюже обернулся и многозначительно посмотрел на Лин, подняв бровь.

«Пошел к черту, лакей, – в нетерпении подумала она. – Веди меня к боссу».

Он затопал дальше на бесформенных, как древесные пеньки, ногах.

За спиной Лин раздавались хлопки резко выпускаемого пара – следом поднималась переделанная. Лин шла за кактом по извилистому туннелю, лишенному окон.