Вокзал потерянных снов

Он стоял, высоко подняв голову, но не хотел встречаться взглядом с Айзеком.

– Вот поэтому меня и назвали Слишком Абстрактным. Поэтому я и не заслуживаю уважения. Вот кто я теперь такой. Я больше не Реальный Индивидуальный и Уважаемый Ягарек. Его больше нет. Я уже называл тебе свое имя и имя-титул. Я Слишком Абстрактный Ягарек, Которого Не Следует Уважать. Им я и останусь навсегда.

Айзек покачал головой, а Ягарек медленно опустился на краешек кровати.

На лице его появилось отчаяние. Прежде чем заговорить, Айзек долго смотрел на него.

– Я хочу тебе сказать… – начал Айзек. – На самом деле я не… м-м-м… У меня много клиентов, которые… не совсем в ладах с законом, скажем так. Так вот, не стану утверждать, что понимаю, в чем состав твоего преступления, но в конечном счете это не мое дело.

Айзек говорил медленно и вдумчиво, однако мысли витали уже где-то далеко.

– Но твоя проблема… меня заинтересовала. – В его сознании уже завертелись формулы приложения сил и векторов энергий, фемтоморфических резонансов и энергетических полей. – Сделать так, чтобы ты взлетел, не очень сложная задача. Воздушные шары, управление силовыми полями и прочая дребедень. Не так сложно добиться, чтобы ты взлетел несколько раз. Но ты ведь хочешь лететь туда, куда тебе вздумается, без посторонней помощи, так ведь?

Ягарек кивнул.

Айзек потер подбородок.

– Черт!.. Да… пожалуй, эта задачка будет… поинтересней.

Айзек уже начал погружаться в вычисления. Одна часть его разума – романтическая – напоминала, что у него не запланировано никаких дел на ближайшее время, так что он может полностью окунуться в исследовательскую работу. Свое дело сделала и другая – прагматическая – часть разума, принявшая во внимание важность и срочность этого неординарного исследования.

Парочка плевых анализов соединений – с ними он может тянуть бесконечно; полуобещанный синтез одного-двух эликсиров – от этого можно легко отвязаться; остается только… его собственная исследовательская работа над искусством водяных. Но и это можно отложить.

«Нет, нет, нет! – вдруг возразил он сам себе.