Школа Добра и Зла. Последнее «долго и счастливо»

Никого и ничего, если не считать двух навозных жуков, дерущихся в углу из-за шарика навоза. Агата тряхнула головой, повела светящийся палец влево, и…

… и оба они замерли от страха.

На них сквозь прорези в черной маске ниндзя смотрели два глаза. Живых. Ярких. Карих.

Агата и Тедрос открыли рты, чтобы дружно закричать, но черная фигура погрозила им пальцем и прошептала:

– Тсс! Они вас услышат!

– А вы… – так же шепотом спросил Тедрос. – Вы, наверное… матушка Софи?

– Глупости какие! – негромко хмыкнул ниндзя.

 – Нет, я не мать Софи. А теперь – тихо!

Агата напряглась. Этот голос показался ей знакомым. И хмыканье тоже. Где же она могла их слышать? Девушка попыталась поймать взгляд Тедроса, чтобы понять, знаком ли этот голос принцу, но тот уткнулся лицом в черный плащ ниндзя и лихорадочно бормотал:

– О, слава Небесам! Представляете, я целый месяц просидел взаперти в самом тесном, самом грязном и неуютном домишке, который только можно себе представить! Потом меня едва не сожгли на костре.

Затем чуть не проткнули пикой. Наконец затащили в эту могилу. Как хорошо, что вы появились здесь! Ведь вы вытащите нас отсюда? Нам очень, очень нужно попасть в школу Добра и Зла, чтобы освободить нашу лучшую подругу. Вы, наверное, знаете, где эта школа? На полпути между Бормочущими горами и…

Ниндзя заткнул ему рот своим кулаком:

– Я знаю котов, которые умеют слушаться лучше, чем вы! Сказано же было – тсс!

– Вы просто не представляете, что с нами случилось, – вступилась за своего принца Агата.

Над их головами раздался громкий треск, словно сверху кто-то вонзил в могилу тяжелый меч. На лица Агаты и Тедроса посыпались мелкие комья земли.

– Ищи их, – долетел приглушенный грубый голос, затем последовали новые удары. Земляной потолок могилы зашатался. – Перехвачено сообщение от Лиги Тринадцати. В нем сказано, что они появятся из могилы.

У Агаты все внутри похолодело. Доносившийся голос явно не принадлежал никому из Старейшин.

– Слишком расплывчато. Не указана конкретная могила, а их здесь тысячи. Ух, как я проголодался! – ответил второй, низкий и невнятный голос. – Между прочим, не понимаю, почему нам нельзя переписать свои истории, как это делают все остальные, без того, чтобы копаться в могилах. И вообще, чем так уж важны эти двое?

– Они нужны Директору школы. Этого достаточно, – ответил первый, грубый голос, затем последовал новый сильный удар сверху.