Школа Добра и Зла. Кристалл времени

 – Парень, которого мы все считали нашим спасителем и новым лучшим другом, оказался самым подлым человеком на всем белом свете!

– Сами должны были догадаться, что любой, кому нравится Софи, обязательно окажется каким-нибудь чудовищем, – шепотом заметила Кико.

– Нет, прости, – возразила ей Дот, которой так и не удалось превратить в шоколад вплетенную в ее волосы ленту. – Райен ее тоже обманул, как и всех нас.

– А кто тебе сказал, что он обманул ее? – вступила в разговор Рина. – Может быть, она с самого начала весь его план знала? Поэтому, возможно, и обручальное кольцо от него приняла.

– Чтобы стать королевой вместо Агаты? – недоверчиво переспросила Анадиль. – Ну, не знаю, не знаю. По-моему, даже Софи не настолько злая, хотя и ведьма, конечно.

– Ну, и мы тоже хороши, – подавленным тоном сказала Николь. – Просто стояли там и глазами хлопали, вместо того чтобы сопротивляться. А должны были хоть что-нибудь сделать!

– Да слишком уж быстро все произошло, – сказал Хорт. – Вот стражники выставляют напоказ мертвое тело Змея, а в следующую секунду уже – раз! – хватают Тедроса и бьют Мерлина по голове.

– Кстати, кто-нибудь заметил, куда их забрали? – спросила Дот.

– И Гиневру тоже, – добавила Рина.

– А что с Агатой было дальше, знает кто-нибудь? – сказал Богден. – Когда я видел ее в последний раз, она сквозь толпу пробиралась к выходу…

– Может быть, сбежала? – предположила Кико.

– Может быть, может быть. Если, конечно, ее все та же толпа до смерти не растоптала, – ответила ей Анадиль.

– Да уж лучше так, чем здесь застрять, – сказал Уильям. – Я почти всю свою жизнь провел в Камелоте, так что знаю, что эти подземелья заколдованы. Здесь никакие магические заклинания не действуют, поэтому отсюда еще никто никогда по своей воле не выбирался.

– И на свободе у нас друзей не осталось, чтобы нас вытащить, – вздохнул Хорт.

– А учитывая то, что служить королю Райену мы отказались, он, я думаю, еще до обеда прикажет отрубить нам всем головы, – презрительно фыркнула Беатриса и спросила, обращаясь к Эстер.

– Тедрос тоже мог оказаться в этой камере, например, – тут же нашлась Эстер. – И это было бы еще хуже.

Анадиль и Дот прыснули со смеху.

– Эстер, – осуждающе произнес строгий голос.

Они обернулись и увидели прижатое к решетке потное и бледное лицо профессора Клариссы Доуви, которую поместили в соседнюю, отдельную камеру.