Школа Добра и Зла. В поисках славы

 – Это напоминает нам о том, что все семейные склоки следует заканчивать до свадьбы…

Осторожно, чтобы не скрипнуть, Агата поднялась со стула и погрузила ладони в плащ – они моментально исчезли с глаз, словно провалились сквозь ткань. Вслед за ладонями внутрь плаща отправились руки Агаты… затем плечи…

– Я не слышу скрипа твоего пера, Агата. Не ленись, я стараюсь для твоего же блага… – недовольным тоном произнес Поллукс.

А когда он обернулся, его ученицы уже не было за столом, она пропала, и на полу лежала только ее туфля.

В тот момент, когда Агата погружала свое лицо в ткань плаща, она почувствовала мягкое прикосновение бархата, а потом ее со всех сторон обступила чернильная тьма, в которой пульсировали полоски ослепительного белого света. Агата закрыла глаза и расслабилась, чтобы свободно и легко полететь сквозь эту тьму, по-птичьи раскинув руки, вытянув ноги в одной оставшейся туфле, с абсолютно пустой головой, свободной от всех мыслей, переживаний и страхов…

А когда полет закончился, она упала лицом вниз на пушистое, мягкое и сладковатое на вкус облако.

Агата вновь открыла глаза и вытянулась, чтобы посмотреть на лиловое ночное небо, усыпанное тысячами серебристых пятиконечных звездочек, – казалось, что ожил, став бескрайним и объемным, тот детский рисунок, который она заметила на плаще в библиотеке.

«Селестиум» – так когда-то назвал это место Тедрос. Уголок, куда приходят волшебники, чтобы поразмышлять.

Агата поднялась на колени и действительно увидела перед собой волшебника.

Он сидел, скрестив ноги, и задумчиво смотрел на нее. На волшебнике была лиловая шелковая мантия, видавшая виды конусообразная шляпа, очки в роговой оправе и отделанные мягким мехом фиолетовые шлепанцы.

– Мерлин, – улыбнулась Агата.

– Прости, что оторвал тебя от занятий, дорогая моя девочка, но в данный момент у нас есть более важные дела. – Волшебник прихлебнул из кружки горячего, покрытого пышной шапкой взбитых сливок какао. – Но прежде всего скажи мне вот что – тебе добавить в какао взбитые сливки? Хотя заранее предвижу, что выбивать третью кружку какао подряд из старой шляпы будет довольно сложно.

В последнее время она настаивает на хотя бы небольшой оплате труда и месяце отпуска…

– Третью кружку? – удивленно переспросила Агата. – Но здесь же только мы вдвоем, вы и я.

– О-хо-хо, редко же вы можете теперь видеться с глазу на глаз, верно? – загадочно прищурился Мерлин и слегка подвинулся в сторону, открывая Агате сидящего за ним Тедроса.