Опасные странствования. Исторический авантюрный роман

Выходя из кареты, он увидел Дагвинда, сидевшего на коне среди свиты. Королю показался знакомым этот парень, и он жестом подозвал его к себе.

– Пройдемся вместе, – сказал его величество.

Дагвинд поклонился и составил компанию королю по дороге к дому. В ветвях деревьев вдоль расчищенной граблями дорожки гулял весенний ветерок, донося ароматы недавно распустившихся цветов.

Дагвинд отметил про себя, что Густав Адольф был немного выше его самого, имевшего рост без обуви чуть более ста семидесяти сантиметров. Его можно было назвать рослым.

У него было узкое светлое лицо, белокурые до белизны волосы и острая бородка, отдававшая в рыжину. Глаза были большие, нос с небольшой горбинкой. Дагвинд вспомнил, что народ дал ему прозвище «Горбоносый». У него был довольно маленький рот, будто собранный в пучок, а сверху – небольшие тонкие усики. Он был одет как рыцарь, но в более дорогие доспехи, чем простые солдаты. Плащ с высоким воротником был из лосиной шкуры, широкополая шляпа была с плюмажем.

Они прошли молча бок о бок почти половину пути до дома, когда король сказал:

– Я не знаю, как тебя звать, знаю только, что ты из этой семьи.

– Меня зовут Дагвинд, ваше величество.

– Дагвинд! Замечательное имя.

– Прадеда так звали, ваше величество.

Меж бровей короля появилась складка.

– Что ты заладил – «ваше величество» да «ваше величество», – раздраженно сказал король. – Мы здесь одни, и никто нас не слышит. К тому же мы почти одногодки. Обращаясь ко мне с почтением, можешь не величествовать.

– Благодарю, Ваше… в общем, спасибо.

По лицу Густава Адольфа пробежала тень улыбки.

– У тебя есть какая-нибудь профессия, Дагвинд? – спросил он затем. – Занятие?

– У семьи есть усадьба, требующая ухода, – ответил юноша. – Это занимает у меня много времени. Мать стареет, а у отца больная нога. Незаживающая рана.

– Старый солдат, конечно, – кивнул король. – Мне приходилось много встречать таких. Защита королевства оставляет свои отметины.

Дагвинд не сказал, что рана отца носила другой характер, что его укусила разъяренная свиноматка, не желавшая идти на бойню.

– Это хорошо, что ты работаешь в усадьбе, – продолжал король. – Усадьба – это натуральное хозяйство. Хорошо все то, что натурально и является результатом земледелия или скотоводства. Я встречал дворян, занимающихся торговлей. Она дает деньги, но это не натуральная собственность, искусственная и дурная.

Дагвинд остановился. Король тоже.

– Почему это? – спросил молодой дворянин.