Кукловод

И она его сделала, и он ее услышал.

Двери лифта выпустили эту изумленную пару в залитый электронным светом холл гостиницы. Быстро передвигаясь, будто паря над полом, они стремительно его пересекли. Хлопнувшая за ними дубовая входная дверь нежным потоком воздуха по ногам снарядила в дорогу. Вечер этого дня обещал превратиться в вечность.

Они сели уже в знакомый ей автомобиль, в котором, как и прежде, сидели двое мужчин, большую часть своей жизни посвятившие спортзалу. Машина плавно тронулась вперед.

– Если природа дала тебе такую комплекцию, то лучше привести ее в нормальное соответствие, то есть укреплять и развивать.

В противном случае есть риск выглядеть большим и несуразным, – улавливая суть пренебрежительного взгляда Кати, сказал Андрей, указывая рукой на сидящих впереди парней. – Что касается интеллекта, то он у них на высоком уровне. Просто они не имеют возможности пообщаться с тобой на одном языке и как-то себя проявить. Построение собственного тела не всегда связано с ущербностью в умственном развитии. Это все равно что утверждать, что все блондинки дуры, но это же не так. Все очень индивидуально.

Катя улыбнулась и перевела взгляд в окно автомобиля. Для нее, как для блондинки, это был аргумент.

– Здесь напрямик через ботанический сад, минут десять пешком, но этикет требует, чтобы мы подъехали на авто. А так хотелось пройтись. Слишком часто принятые в обществе правила поведения идут вразрез с твоим внутренним ощущением порядка. Мешают жить так, как тебе хочется. Хотя некоторые пытаются, даже если выглядят чудаками, – усмехнувшись, сказал Андрей.

– Никто не мешает быть самим собой, кроме наших надуманных представлений об этикете, – задумчиво произнесла Катя. – Тем не менее пешком мы не пойдем, платье жалко.

– Вот и правильно!

Машина плавно притормозила, и они оказались перед залитым светом фонарей входом в театр. Старинное каменное здание было так оригинально подсвечено, что, казалось, оно парит над площадью, подчеркивая свою отрешенность и независимость от этой грешной земли.

Его величество Свет делал его настолько легким и воздушным, подвластным любому дуновению ветра, что только сила красоты искусства, царящего внутри, удерживала его от соблазнительного путешествия в вечность. Околдованные его красотой, люди неспешно проходили в это царство музыки, своими роскошными нарядами пытаясь соответствовать его духовной возвышенности и красоте.

Взяв Андрея под руку, Катя восторженно озиралась по сторонам.