Норма уголовного права

Я Казаченко считает, что гипотеза нормы уголовного права, устанавливающей ответственность за совершение преступления, заключена в предполагаемом словосочетании: «Если кто совершит предусмотренное уголовным законом преступление, то к нему будет применена соответствующая санкция». Он обращает внимание на то, что в уголовных кодексах ряда стран текст правовой нормы, устанавливающей ответственность за совершение преступления, начинается со слов: «Всякий (вариант: каждый), кто совершит…», и таким образом прямо указывает на такого рода условия применения правовой нормы.

[6 - См.: Российское уголовное право. Курс лекций. Владивосток, 1999. Т. 1. С. 171.]

При таком понимании гипотезы диспозицией оказывается само совершение преступления. И на самом деле, автор далее так и пишет: «Помимо гипотезы уголовный закон заключает в себе еще две части: первая указывает на запрещенное деяние, образующее собой данное преступление, и называется диспозицией; вторая – излагает последствия такого деяния, то есть назначение наказания, и называется санкцией».

Автор, однако, не учитывает, что правовая норма в данном случае устанавливает правило поведения, обращенное прежде всего к лицам, способным совершить преступление, и это правило предписывает им воздерживаться от совершения указанного в законе деяния, а не совершать его.

А. В. Мицкевич, предварительно отметив, что название «диспозиция» используется в уголовном и административном праве не в том значении, что в общей теории права и других отраслях права, в результате изучения уголовно-правовых норм пришел к выводу, что «в правоохранительной норме есть не только „диспозиция“ (а точнее – гипотеза, т.

 е. описание вида преступления) и санкция, но и запрет под угрозой наказания. А запрещение есть не что иное, как содержание правила: запрещается! (то есть диспозиция)».[7 - Общая теория государства и права. Академический курс. В 2 т. Т. 2. С. 226.]

Такое представление о структуре рассматриваемой нормы, на наш взгляд, является неверным. Неконкретизированного запрета, запрета «вообще» не существует.

Он всегда наполнен определенным содержанием. В данном случае это запрет совершать описанное в законе преступное деяние. Поэтому диспозиция правовой нормы всегда включает в себя указанные в ней признаки состава преступления, хотя и не сводится к ним. Содержащееся в законе описание преступления не может рассматривается ни в качестве диспозиции, ни в качестве гипотезы нормы уголовного права.

По мнению А. В.