Убедительно и легко

«Как рана боевая…»

Как рана боевая

На теле проступила,

Как первая стигмата

В Рождественский мотив:

Подруга боевая

За жопу укусила,

Искусство акробата

В постели проявив.

Уж как мы ни вертелись,

Уж как мы ни вращались —

По часовой и против,

Без капельки стыда.

Изрядно разогрелись,

Прилично извращались,

Пока вдруг не случилась

Такая ерунда.

Теперь лежит родная

Под тёплым одеялом,

Космически довольна,

Вполголоса храпит.

Её я обнимаю,

В бездействии усталом,

И на душе спокойно…

Лишь задница болит.

Самое лучшее

В нашем браке я смог почерпнуть только самое лучшее,

Единение душ не проходит совсем без следа:

Я впитал твою страсть и твоё настроение жгучее,

Что приходит остыть в зыбкой тени былого стыда.

Я успел перенять у тебя ощущение вечного,

Что укрыто в безмолвных страданиях древних картин,

В тонкой фИговой кляксе на чреслах Давида беспечного

И слепых паутинах на фресках Помпейских руин.

Я сожрал твою гордость под острой подливкой наивности,

Злую честность в словах под испугом ответа всерьёз,

Я вдохнул твою веру в нетленность прошедшей взаимности

И умение прятать беду за отсутствием слёз.

А ещё, укрываясь за подписей тонкими нитями

В документах слепых, что расставили точки над «i»,

Я оставил себе нашу двушку и Опель родителей…

В общем, лучшее из накоплений погибшей семьи.

«Ни прощения нам, ни пощады…»

Ни прощения нам, ни пощады:

Наши руки по локоть в любви.

За предательство Райского сада

Прокляни нас…

И благослови.

Ну подумаешь – яблоко съели,

Проигнорив табличку «Не сметь!».

Просто мы по весне прихуели,

Да и было с чего прихуеть.

Просто вдруг заплясали гормоны,

По усам и трусам потекло,

И ненужными стали Законы,

И взыграло Познания Зло.

Мы сбежали, от страсти хмелея,

Мы пошли от беспутства ко дну,

И случайно подставили Змея,

На него опрокинув вину.

Отречёмся от старого Рая,

Отряхнём его прах… А потом,

Будем жить, без любви умирая.

Нас не жаль.

Наплевать.

Поделом.

На ты

То, что у нас воспитание – выше тибетских гор,

То, что на уровне с ним эрудиция и интеллект,

Мы распознали немедленно. Нам подмигнул светофор,

Мы подхватили друг друга под ручку,

И перешли проспект.

То, что мохито вкуснее классического «ерша»,

Стало понятно с последним его глотком.