Ремесло счастья

Да и что говорить… Я был счастлив и вообще ничего для этого не делал, ведь все сделала природа.

Еще помню первое свидание с моей будущей женой, которое пошло наперекосяк и оттого стало еще более запоминающимся и приятным. После нашей прогулки по набережной я, весь в птичьем помете, плелся домой с глупой улыбкой на лице. И через три года впервые взял на руки нашего сына. Ни с чем не сравнимое чувство благоговения, страха и радости. В такие моменты отчетливо понимаешь, насколько маленького и невинного человечка ты держишь в руках, и легкая дрожь пробегает по телу.

Ты счастлив.

Счастье вокруг нас – в делах, которые мы делаем, в атмосфере, которая нас окружает, в сюрпризах, что дарит нам жизнь, нужно только протянуть руку и ухватить немного для себя. В круговороте повседневности мы разучились это делать, мы постоянно пытаемся успеть за временем, не замечая того важного, что происходит вокруг. Возможно, потому мы считаем детство самой счастливой главой нашей летописи жизни, ведь тогда у нас не было такого количества неотложных дел.

Но спросите себя: неужели что-то действительно так уж изменилось? Мне кажется, нет. Мы можем снова научиться видеть счастье во всем, что нас окружает, и сделать нашу жизнь наполненной смыслом.

Но под одним и тем же словом каждый из нас может понимать абсолютно разные вещи. Взять, к примеру, хоть три истории выше: в первой я был счастлив, когда строил дом на дереве, причем результат вообще оказался не важен (дом получился отвратительным); в истории про дождь я вообще ничего не делал, только созерцал; ну а свидание получилось таковым явно не благодаря мне или несносным чайкам.

Так вот, слово одно, но насколько разные ситуации.

Если счастье возникает для каждого по-разному, каким образом кто-то может давать советы, как сделать жизнь счастливее? На самом деле может. И даже очень успешно. Если задуматься – так ли мы отличаемся друг от друга? Да, у каждого свой опыт, свои поведенческие и физиологические особенности, но при этом все мы остаемся людьми.

Все мы – представители одного вида, по большей части с один и тем же суждением о морали, одними и теми же безусловными рефлексами, одними и теми же мотивами. Если каждый человек – это книга, с неповторимым оформлением и историей, то количество сюжетов все равно ограничено. Именно о них и говорят принципы моей книги.