Критика вузовской философии. На примере учебника А.Г. Спиркина

Во второй части говориться: «она стремится не к тому, чтобы определить точные границы и внешние взаимодействия между частями и частицами мира, а к тому, чтобы понять их внутреннюю связь и единство». Опять вопрос. Могут ли это сделать философы без науки, без физики, без биологии и прочих?

А если сам автор понимает, что философия «интегрирует знания» из науки и «опирается на этот “интеграл”», то откуда же у философиоведов такое уничижение науки и «взгляд с годы» на всё научное? Что это за невежественный снобизм на пустом месте? Что такого необычного знают современные философы о мире, чему бы удивилась наука? Одно пустое раздувание ноздрей.

Знаете, что мне напоминает подобное отношение философиоведов к науке? Так ведут себя глупые подростки, которые клянчат деньги у родителей и смотрят на них свысока, считая себя умнее и лучше их.

И ведь такое отношение философиоведы преподносят студентам, как единственно правильное, как истину! А те по наивности верят профессорам и докторам философских наук.

Итак, отметим, что Спиркин соглашается с Соловьёвым и называет это задачей философии. И тут снова возникают вопросы. Если это задача, то с какой целью её нужно выполнять? К какой цели она должна вести? В чём цель философии? Ведь должна же быть у философии не только задача, но и цель. В учебнике на это ответов нет.

Пока ясно только то, что доктор философских наук, член-корреспондент РАН профессор А. Спиркин совершенно не знает, какова задача философии.

И ниже вы увидите подтверждение этому, когда речь пойдёт о предмете философии.

А пока Спиркин пишет:

«Философия включает в себя учение об общих принципах бытия мироздания (онтология или метафизика), о сущности и развитии человеческого общества (социальная философия и философия истории), учение о человеке и его бытии в мире (философская антропология), теорию познания, проблемы теории познания и творчества, этику, эстетику, теорию культуры и, наконец, свою собственную историю, т.

е. историю философии, которая являет собой существенную составляющую предмета философии: история философии есть часть содержания самой философии».

Здесь моё внимание остановилось на «предмете философии». О каком «предмете философии» тут говорит Спиркин? Выше я уже задавал этот вопрос. Видимо, под «предметом философии» тут опять нужно понимать философию как изучаемую дисциплину, а не тот «предмет философии», который изучает сама философия.