Крым наш. Возвращение империи

Драматические телевизионные изображения с Бельбека распространились по всему миру.

Возле украинской военной базы в Феодосии в юго-восточной части Крыма впервые напали на ее команду.

– Когда мы прибыли к базе, мы увидели, что возле нее проходит пророссийский митинг. Они не давали нам подойти, они увидели, что мы с украинского канала. Они начали толкать нас, забрали мой микрофон. Когда я увидела, что казаки пытаются куда-то отвести нашего оператора, я начала снимать на телефон. Затем они забрали и телефон. Но в тот раз мы выкрутились.

В субботу 1 марта новый глава Крыма Сергей Аксенов в письме Владимиру Путину формально попросил российской помощи, чтобы «сохранить мир» на полуострове. В тот же день Путин попросил разрешение российского парламента на использование российской армии на территории Украины. Верхняя палата парламента дала свое разрешение на срочно созванном заседании уже в тот же вечер.

А несколько дней спустя начались перевозки российских военных и военного оснащения через пятикилометровый Керченский пролив на восточном краю Крыма.

Но официально Россия и дальше не признавала, что люди в зеленой форме без знаков различия на самом деле являются российскими войсками, и журналисты, пытающиеся снять вторжение, не были желанными гостями. Одним из них была Ирина Седова, работающая тогда на местной радиостанции «Керчь ФM».

– Я разговаривала с солдатами. Они получили информацию, что их повезут на обучение в Новороссийск на российской стороне, но вместо этого их отправили через пролив в Крым.

Мы снимали все, паромная переправа в Керчи была действительно важным местом введения российских войск. И когда мы снимали, казаки подходили к нам и угрожали, они даже угрожали оружием, но мы все равно снимали через окна автомобиля. Затем, когда я разговаривала с украинскими пограничниками, они говорили, что командование в Симферополе приказало им замкнуть оружие. Через несколько часов вооруженные казаки подбежали и поставили их к стене. С ними были «зеленые человечки». А потом начали перевозить военную технику из России.

Украинская армия имела базу с 400 военными в Керчи, но они ничего не сделали, – говорит Ирина Седова.

– Я разговаривала с ними довольно много, потому что я делала объезды с волонтерами, которые раздавали им экипировку. Если бы они получили приказ, они могли бы заблокировать паромную переправу, когда началась перевозка российских войск. Но никаких приказов не поступало, а мы сами не могли начинать войну, – говорили они.