Крым наш. Возвращение империи

Точно так же, как это было со Сталиным в его времена. Возможно, это не совсем правильно, но я и Сталина уважаю. Не потому, что он якобы был жестоким, он не был таким. Но после его смерти у него не нашли собственности, только пару сапог и мундир. Он ничего не получал от страны, он служил стране. Но Сталин, конечно, не был таким безупречным, как Путин. Даже критики Путина свидетельствуют, что он живет для страны. Это очень важно. Даже его противники, если они честные и мудрые, признают, что он хороший президент.

В то, что времена Путина у власти означают ограничение свободы выражения мнений, Татьяна Фоминых не верит.

– Его же критики открыто говорят о том отсутствии свободы выражения мнений. И продолжает существовать оппозиционная радиостанция «Эхо Москвы». Никого не лишают свободы. Ну да, посадили в тюрьму Ходорковского, но это было из-за финансовых махинаций. Путин с ним же говорил и сказал ему, чтобы он занимался своими делами, а он начал поддерживать оппозиционные партии.

А если все-таки говорить о Крыме, что произошло после появления «зеленых человечков»? – спрашиваю.

– У нас был референдум, мы были очень рады, по-настоящему рады, и ночью, когда мы перевели часы на российское время, был настоящий народный праздник. Я живу здесь недалеко от железнодорожного вокзала, и там были массы народа, которые праздновали с шампанским, потому что мы перевели часы. Это было настоящее, ничего подобного нельзя инсценировать, это была искренняя радость.

Референдум проводился в соответствии с законом, и все прошло совершенно правильно, этого в действительности никто не может отрицать, – считает Татьяна Фоминых.

– Ведь Путин такой умный человек, он не мог позволить себе никаких юридических ошибок. Ни один юрист не обжалует законность референдума, не так ли? Ведь сделали все, чтобы это по возможности как можно больше соответствовало закону, и у нас также были международные наблюдатели, даже из Финляндии был кто-то. Это мы видели по телевизору, наблюдатели были здесь все время.

Однако в действительности в Крыму не было официальных международных наблюдателей, поскольку референдум был незаконным и не был признан ООН или ОБСЕ, Организацией по безопасности и сотрудничеству в Европе. К «международным наблюдателям», которые красовались перед российскими телекамерами, принадлежали представители сомнительных пропутинских политических групп, часто связанных с крайне правыми.