Асимметричный ответ Путина

Иначе московский Басманный суд прикажет американцам вернуть картины Леонардо из Вашингтонской Национальной галереи – в Италию, а северную Калифорнию – отдать потомкам русских поселенцев Форта Росс, кстати, переселившимся в Россию в 19-м веке. Ясно, что решения такого рода можно принимать только в отношении вассальных, покоренных и оккупированных народов. Этим решением американцы пытаются утвердить свой верховный суверенитет над Россией.

Хасидский прецедент– это второй звонок, прозвеневший вскоре после первого – акта Магнитского, который узаконил право Америки свободно конфисковать имущество русских граждан за рубежом.

Теперь хасидский прецедент распространил это «право» и на собственность российского государства в самой России.

Русский читатель мог подумать, что акт Магнитского касался лишь сирот. Американские агенты влияния свели его обсуждение к одной контрмере. Они долдонили, что, мол, кровавый режим Путина совершил еще одно злодеяние, лишив детей шанса на счастливое детство, которое возможно только в Америке.

Как обрыдался Константин Эггерт: «Возможно, всего один малыш в результате этого никогда не прочитает книжку про Винни-Пуха, не задует свечки на именинном торте, не пойдет или не поедет на инвалидной коляске в школу, а потом и в колледж под аплодисменты новых родных из какого-нибудь Техаса или Калифорнии». Его судьба будет на совести бяки Путина, ай-ай-ай! Ему справедливо возражала Мария Арбатова, что благодаря этому закону хотя бы одного малыша не разберут на запчасти и не продадут на органы.

Сам акт Магнитского почти не обсуждался. А ведь американский закон создал механизм, по которому можно конфисковать собственность русских граждан в любом месте – от Абрамовича в Лондоне до Иванова в Таллине. Хотя прямой текст этого акта позволяет, казалось бы, захватить собственность лиц, прямо связанных с делом адвоката Магнитского, то есть тюремщиков и следователей, но его формулировка позволяет американской администрации захватить собственность любого гражданина РФ без суда.

Президент США имеет право расширять этот список по своему усмотрению: недаром этот список так и не был опубликован.

Итак, механизм закона Магнитского позволяет захватить любую частную собственность россиян, а прецедент «библиотеки Шнеерсона» позволяет захватить любой государственный авуар, в том числе Стабфонд. Вместо надежной инвестиции российская собственность стала заложницей примерного поведения российских властей.