Великий князь Константин Николаевич и Русский Иерусалим: к 150-летию основания

, счел такое пожертвование недостаточным и высказал намерение «в память радостного события», пожертвовать свои средства на восстановление древнего православного храма Преображения Господня на горе Фаворской. В сентябре 1859 г. епископ Кирилл одобрил это начинание, назвав строительство церкви и обители на горе Фаворской «лучшим употреблением» пожертвования великого князя[25 - Там же. Л. 1–2.]. Кроме собственных средств, Константин Николаевич выделил на строительство Фаворской церкви 3 тыс. рублей из средств Палестинского комитета.

Но использование этих денег «по назначению» оказалось невозможным – об этом епископ Кирилл уведомил жертвователя в августе 1860 г. Тогда Константин Николаевич распорядился перечислить эти деньги в «общую Иерусалимскую кассу». Через год – в августе 1861 г. русский консул в Иерусалиме направил Константину Николаевичу рапорт с ходатайством главы Русской Духовной Миссии о передаче 3 тыс. рублей, выданных великим князем на постройку Фаворской церкви, в распоряжение «греческого» Иерусалимского Патриарха Кирилла II. Иерусалимская Патриархия заявила о намерении взяться за строительство Фаворской церкви. «Желательно бы было однако в этом им помочь. Какой был источник денег, предназначенных сперва на Фавор, и нельзя ли их возвратить?» – гласила резолюция Константина Николаевича[26 - Там же. Л. 7.]. Иными словами, предполагалось вытребовать назад деньги, которые «общая Иерусалимская касса» могла уже ввести в оборот, а затем – вновь переадресовать эти 3 тыс. рублей на строительство Фаворского храма. Вместе с тем, великому князю не хотелось, чтобы эти средства оказались в полном распоряжении «строптивого» епископа Кирилла. Деньги удалось вернуть в кассу русского консульства в Иерусалиме, и в феврале 1862 г. Б.П. Мансуров предложил Константину Николаевичу удовлетворить ходатайство епископа, но передать деньги не ему, а русскому агенту в Хайфе г-ну Аверино – в виде «кредита». Агента следовало обязать расходовать полученную сумму «постепенно», выдавая необходимые части ее по прямым «требованиям строителя храма на Фаворе». Резолюция Константина была утвердительной: «Исполнить». Таким образом, средства, выделенные на строительство Фаворской церкви, должны были расходоваться исключительно по своему назначению, минуя как русское, так и греческое священноначалие. Последнее обстоятельство, конечно, обидело духовных лиц[27 - Там же. Л. 7-8об.].