Дневник одержимой. Захват

Как правило, на таких опасных склонах, не отрицательных, но иногда строго вертикальных, я цепляюсь за все, как мартышка или заправский скалолаз, и страха у меня на порядок меньше, чем в обычной жизни. Сейчас я с трудом пробиралась к какому-то нужному мне месту на горе… И надо же – не сорвалась, дошла. Вылезла на площадку, отдышалась, оглянулась на море. После чего вдруг резко оказалась в летящем пассажирском самолете!

Прилипла носом к иллюминатору.

И обалдела…

Прямо в небе, рядом с самолетом висели странные яркие здания, крыши и улицы… целый город! Рядом внезапно появился гид, в виде Михаила Ф.

!!! (это начальник отдела, с которым у меня довольно натянутые отношения).

…И Миша сказал, показывая рукой на плывущий в небе, обрамленный облаками, невероятно красивый, просто чудесный сказочный город… С кремлями, стенами, золотыми храмами, белыми церквами, зелеными купами деревьев, домиками, мостами и речками:

«ЭТО НЕБЕСНЫЙ ГОРОД.»

Потом он четко произнес название города, которое тут же стерли – даже быстро проснувшись, я не смогла его вспомнить!!! Что-то типа Араким (не путать с Аркаимом!), Аркарам, или Каркарам… кажется, на букву «К»… или «А», но могу и ошибаться.

…Мне жутко захотелось в этот город.

Я зажмурилась… А когда открыла глаза, то оказалось, что я уже стою прямо в середине гигантской церкви, высотой с МГУ, наверное. Кругом было величественно и очень красиво, но без вычурностей и дорогих предметов, которые присущи земным православным церквям. Пустой и гулкий зал, с изысканными, уходящими ввысь католическими окнами, колоннами и узорчатым каменным полом… В общем, собирательный образ храма, но я точно знала, что где-то сверху торчит купол православной церкви.

Почему-то стало хорошо. Я ведь не крещеная, моя вера в Творца вне религий. Но все равно русская, никуда не денешься.

…Кругом никого. Только очень светло, гулко и торжественно. Я тут же поняла, что очутилась на ином плане бытия, и осозналась! Осознала себя в небесном городе, но знала, что сплю в земном доме.

И с восторженным любопытством принялась оглядываться, стараясь запомнить как можно больше. Двинулась к стенке, выложенной цветной каменной мозаикой, рассмотреть рисунки… но то ли «перепыжилась», то ли энергии не хватило, или в первой половине ночи запрещено осознаваться люду мирскому, чтоб лишнего в своих «упражнениях тонких тел» не прихватили… Короче, меня тут же выперли – в нашу явь.

Лежу я в кровати, и чуть ли не реву от обиды.