Русь великая, но делимая

Помимо «rudhira», в санскрите использовалось достаточно большое количество терминов, так или иначе связанных с красным цветом или близкими к нему оттенками:

Помимо «rudhira», в санскрите использовалось достаточно большое количество терминов, так или иначе связанных с красным цветом или близкими к нему оттенками:

Со временем родственные или близкие по смыслу санскритские слова, связанные с обозначением красного цвета, почти бесследно исчезли и были заменены в индоевропейских языках описательными формами или вобрали в себя значения всех остальных санскритских терминов.

Уже греческий и латинский языки, благодаря высокому уровню культуры их носителей, активно развивавшихся на протяжении столетий, утратили конкретное смысловое значение почти всех приведённых санскритских терминов. Они упростили их изначальный, более точный, специфический смысл, подменив его обобщенным понятием «красный». Приобретя различные фонетические и графические формы, это понятие аккумулировало в себе смысловую нагрузку большинства из приведённых выше значений, выделенных в санскрите отдельными словами-терминами, взяв за основу значения и отчасти форму слова «rudhira».

Другие языки, среди прочих – славянские, не имевшие возможности такого активного развития, как греческий и латинский, и потому в известном смысле являющиеся более архаичными, в большей степени сохранили форму, близкую санскритскому оригиналу.

Основным языком общения в IX веке (период составления Бертинианской летописи, где впервые употребляется слово «rhos» [рос] в связке со скандинавами) между образованными греками и франками была латынь, в которой нет точного слова для обозначения цвета обгоревшей под влиянием солнца кожи.

То есть нет слова, обозначающего цвет, по которому прибывшие с греческим посольством «sueonom» (свеоны) могли быть выделены византийцами среди других известных им людей.

Существовавшее ещё в классической латыни громоздкое «perusta solibus pernicis» («пагубно испорченная (сожжённая) солнцем (кожа)») не подходило, так как касалось закалённых палящим солнцем римских легионеров; латинское выражение не в полной мере отвечало состоянию дермы обгоревших под солнцем северян-скандинавов, светлокожих от природы.

Поэтому употреблённое Пруденцием слово «rhos» несло на себе специфическую смысловую нагрузку, передающую именно свойство приобретать кем-либо или чем-либо оттенки красного цвета.