Сглажу. Дорого

 – Ладно, сейчас, – обречённым голосом пробормотал Иннокентий, как можно медленнее поднимаясь со своего рабочего места. Он ещё раз с надеждой посмотрел на своих коллег-девушек, но те по-прежнему продолжали делать вид, что заняты какой-то очень срочной работой. И тогда молодой человек, выйдя следом за Софи в коридор, неуверенным шагом побрёл по нему в сторону тупика, где впереди замаячила вывеска, выбитая белыми буквами на чёрном, словно могильный обелиск, граните: «Смелее, как же я вас уже заждалась!»

Парень с сожалением подумал о скоротечности быстро закончившегося коридора до дверей с гранитной надписью, а Софи, тем временем тихонько постучав в дверь и услышав «железное» «Да!», приоткрыла дверь и чётко, почти по-военному, сообщила хозяйке кабинета об ожидании в приёмной вызванного директором работника, после чего впихнула не особо желавшего попасть внутрь Иннокентия и стремительно, со вздохом облегчения закрыла за ним дверь снаружи, оставив того наедине со своей судьбой.

Светлана Марковна – молодая красивая «жгучая» брюнетка тридцати с небольшим «хвостиком» лет, одетая в деловой костюм чёрного цвета и кипенно-белую блузку, стояла возле большого окна, через которое с непроницаемым лицом наблюдала кипучую жизнь внизу на проспекте возле делового центра. И, когда она увидела вошедшего с виноватым и чуть испуганным выражением Иннокентия, лицо Светланы Марковны как-то сразу преобразилось, наполнившись блаженством в предвкушении незабываемой встречи с подчинённым.

Её ноздри начали нервно непроизвольно, подрагивая, расширяться, словно у вороного жеребца в ожидании стремительной скачки, тонкие длинные брови поползли вверх, а в бездонных карих глазах брюнетки заполыхал такой жаркий огонь, чья плавильная работа сейчас могла с лёгкостью «растопить» не одну тонну разной степени драгоценности металла.

– Иннокентий, ангел наш сизокрылый! А я уже все глаза проглядела! Где же ты?! Вот и Софи говорю: «Уж, не соизволит ли мой многоуважаемый подчинённый, наконец, осчастливить своего руководителя и заглянуть в эту скромную обитель?!» Ну что ты такой нерешительный, скорее присаживайся, может, кофе?! – нежным, почти бархатным голоском произнесла Светлана Марковна, с участием обратившись к сотруднику своего агентства, что послужило для Иннокентия сигналом неторопливо, почти как в замедленном видеоповторе, совершить попытку приземлиться на один из стоящих рядом со столом директора стул.