Альтернатива для дураков

Видишь, люди спорят. Ты лучше пойди и сядь в сторонке, я тебе пива бесплатно поставлю.

Вот за такие вещи все Славу и любят. Он обычно чутко улавливает, где и что происходит. И сразу вмешивается, чтобы людей зря не нервировать. Посетитель отошел, а я поднялся с пола. Нос у меня был в крови, и я платок носовой достал. Сергею врать было нельзя. Он понял, что я просто боялся. Я сел напротив него, уже зная, что второй раз он меня не ударит. Он внешне остался таким же невозмутимым, как прежде. Маслаков и Аракелов тяжело дышали, но пока молчали, не вмешиваясь в наш разговор.

Я не хотел смотреть им в глаза. Особенно в глаза Сережи Хонинова. Теперь я понял, почему не сопротивлялся Миша Бессонов, когда я его так страшно бил, перед самым взрывом конверта. Взгляды товарищей могут сковать тебя гораздо сильнее самых крепких наручников. А когда ты чувствуешь, что драться не имеет смысла хотя бы потому, что твоя позиция полное дерьмо, тогда понимаешь, что твой соперник все равно тебя измочалит. Может, поэтому в уличных драках побеждает обычно тот, кто считает себя более сильным.

Не самый сильный, а именно считающий себя самым сильным. Важна твоя внутренняя позиция. Или самый настойчивый, что тоже немаловажно.

Я приложил платок к носу, пытаясь остановить кровь. Слава принес мне стакан холодной воды и пачку салфеток. Он настоящий психолог, это бармен. И несмотря на свои необъятные размеры, очень деликатный человек.

– Теперь скажи нам его имя, – потребовал Хонинов.

Я прошептал фамилию офицера. Хонинов кивнул.

Потом посмотрел на ребят и невозмутимо сказал:

– Мы ведь сейчас не на службе, ребята. Нас временно отстранили. Значит, нам никто не помешает самим до всего докопаться. Как частным лицам. А ты, Маслаков, кажется, собрался уходить в частное агентство?

– Когда? – сделал удивленное лицо Маслаков. – Я с вами, командир.

– А ты, Аракелов? У тебя, может, тоже какие-нибудь свои планы?

– Нет. Мои планы с твоими совпадают, Сергей, ты можешь на меня рассчитывать.

Хонинов кивнул головой и наконец посмотрел на меня.

Потом вдруг посоветовал:

– Еще одну салфетку возьми.

Я послушался его совета. Взял салфетку. Приложил к лицу.

– Ты с нами?

– А как ты думаешь? – разозлился я.

– Тогда давайте решать, что нам делать дальше, – заключил Хонинов, словно ничего не произошло. – И расскажи нам все еще раз, но только очень подробно.

Глава 3

Подполковник Гвоздев работал в органах больше двадцати лет. Он пришел в милицию сразу после армии.