Бремя идолов

– Кого задержать, – недоуменно спросил один из офицеров, – почему вы кричите? Покажите ваши документы.

– Я специальный корреспондент газеты «Новое время», – сказала она, задыхаясь и доставая пропуск. – Вот мои документы. А этого человека нужно задержать.

– Кого? – спросил офицер, все еще не понимая, чего от него хотят.

Римма растерянно оглянулась. Удивительно, но ее никто не преследовал. Странно, подумала она: почему никого нет? Неужели толстогубый не побежал за ней? Но куда он в таком случае делся? Она снова оглянулась.

– У него были рыжие туфли, – несмело сказала она, – я запомнила его рыжие туфли. И свернутый набок нос между пухлых щек.

– Ну и что? – спросил офицер. – При чем тут его туфли? Или вы считаете, что в такой обуви нельзя здесь появляться? Идите-ка, дамочка, не мешайте нам работать.

Она отошла от сотрудников милиции, недоумевая, куда делся преследовавший ее человек. Снова огляделась по сторонам – никого. Странно, почему же он не стал ее преследовать? Нужно срочно передать сообщение в газету.

Она вдруг вспомнила про магнитофон. Нельзя носить его с собой, вдруг испугалась Римма. Его могут отнять на выходе, если это были влиятельные люди. Ее могут даже арестовать за то, что она подслушала разговор двух важных чиновников. Или депутатов. Впрочем, что определишь по обуви и голосам? Заметив в коридоре знакомого корреспондента, она бросилась к нему. Это был сотрудник «Коммерц-журнала».

– Вадим, дорогой, выручай, – молила она коллегу.

Тот удивленно обернулся:

– Что случилось, Римма?

– Возьми мой магнитофон, – сунула она ему в руки магнитофон, – пусть будет у тебя.

Я его завтра заберу.

– Вечно у тебя какие-то истории, – пробормотал Вадим, – ладно, давай свой магнитофон. До завтра оставлю у себя.

Вадиму было тридцать пять. Высокого роста, с неопрятной, всегда какой-то нечесаной бородкой и лохматыми кудрями, которые не брала ни одна расческа. Он был единственным представителем респектабельного «Коммерц-журнала», которому дозволялось ходить в таком виде, – талант.

Редактор раз в полгода грозился отправить Кокшенова в баню или хотя бы в парикмахерскую, но все пока ограничивалось угрозами. Правда, Вадим умел с одинаковой ловкостью носить темные костюмы-тройки и джинсы – помогала хорошая фигура. Когда Вадим отошел, она облегченно вздохнула. Теперь не осталось никаких улик. Интересно, кто и зачем готовит этих непонятных боевиков? Для какой цели? Они, кажется, сказали, что «такая сволочь» может им понадобиться.