Его апатия

В общем, какие-то зацепки у нас есть, но боюсь, что все это на приговор мало повлияет.

Почему вы не потребовали суда присяжных? По российским законам в случае обвинения в особо тяжких преступлениях подсудимый может настаивать, чтобы его дело слушалось в суде присяжных.

– Да вы что?! – замахал руками Андрей Андреевич. – Разве можно о таком даже говорить? И заикаться не стоит. Нас сотрут в порошок. Прокуратура только и мечтает о таком процессе. Но вы только представьте себе ситуацию: приезжий лезгин жестоко убивает местных жителей, в том числе ребенка, девочку.

Присяжные единогласно приговорят его к смертной казни, несмотря на то что на смертную казнь у нас наложен мораторий.

– Получается, что нет никаких шансов, – подвел итог Дронго.

– Если честно – никаких. Я много слышал о вас как о профессионале и уважаю ваше решение помочь моему подзащитному. Но у вас нет шансов. Если хотите, послушайтесь моего совета и уезжайте отсюда. Вам не обязательно присутствовать на процессе. Мы все равно ничего не сможем сделать.

Простите, что говорю вам об этом. Но вы профессионал и должны меня понять.

– Я уже принял решение, – возразил Дронго. – Вы можете меня поскорее оформить в качестве своего помощника? Я хотел бы встретиться с Нагиевым до суда.

– Это очень сложно, – вздохнул Андрей Андреевич, – но я постараюсь. У нас, в Ростове, не очень развит институт помощников адвокатов. Здесь не Лондон и даже не Москва.

– Это я уже понял, – кивнул Дронго. – Так куда мне завтра приехать, чтобы оформить все документы?

– К нам в юридическую консультацию.

Я поговорю с заведующим, мы что-нибудь придумаем. – Голиков взял со стола портфель и поднялся со стула. – Очень тяжелое дело, – признался он на прощание. – Меня даже соседи упрекают. Мол, защищаю мерзавца, который приехал к нам и перебил всю семью. Мне знакомые сотрудники милиции говорили, что в городе участились случаи нападения на представителей кавказской диаспоры.

Дронго проводил его до дверей. И уже когда Голиков выходил, спросил:

– Последний вопрос: Нагиев чем-нибудь болеет? Его не проверяли?

– Он сейчас в больнице, – напомнил адвокат, – его едва не убили.

– Нет, я не об этом. У него нет никаких хронических болезней?

– Кажется, есть язва. И сердечная аритмия. Ну в общем, обычные болячки, которые могут быть у человека. Ничего особенного. Так завтра я жду вас в консультации. До свидания.

– Всего хорошего.

Дронго закрыл дверь и вернулся к столу.