Гран-При для убийцы

Он понимал, что и гости из Тель-Авива захотят высказать свою точку зрения на сложившуюся ситуацию, а если возможно, и предложить помощь своих сотрудников в расследовании этого загадочного дела.

К отелю трудно было подъехать, и Дронго, отпустив машину еще до Кузнецкого моста, пожелал пройтись пешком. Он еще раньше заметил ведущееся за ним наблюдение и, усмехнувшись, решил не тревожить своих наблюдателей излишним рвением. Он дошел до отеля, вошел в здание. В холле сидел Павел. Увидев Дронго, он встал, направился к нему навстречу.

– Ты приехал вовремя, – одобрительно сказал он, – на улице нас ждет машина. Мы приглашены на прием.

– Какой прием? – не понял Дронго.

– В наше посольство, – усмехнулся Павел, – поедем, а то нас там заждались.

Когда они вышли и сели в машину с дипломатическим номером, Дронго, улыбнувшись, спросил своего старого друга:

– Надеюсь, ваш прием в посольстве был придуман не ради меня?

– Ради тебя, – очень серьезно кивнул Павел.

– Ты знаешь, – заметил Дронго, – мне кажется, что в вопросах безопасности у вас у всех есть некоторые признаки паранойи.

Тебе не кажется, что мы могли бы спокойно побеседовать и в другом месте?

– Если бы ты жил в Израиле, ты бы не относился так скептически к этим вопросам, – так же серьезно продолжал Павел, – мы просто обязаны делать все, чтобы выжить и обеспечить нашу безопасность.

Дронго промолчал. Он молчал всю дорогу, пока машина не въехала во двор израильского посольства. Охранники очень долго и тщательно проверяли документы обоих.

И лишь после этого пропустили в здание, где немолодая женщина, проводив их до дверей, молча удалилась. В комнате, куда они вошли, сидел только один человек. Это был генерал Райский.

– Вы всегда находите выход из положения, – восхитился Дронго. – Я все время гадал, где именно вы будете со мной встречаться на этот раз и как мы сможем обеспечить секретность наших разговоров? Браво, генерал. Выдумка с приемом в посольстве – это блестящий ход.

– Садитесь, – Райский показал на стоявшее перед ним кресло. Он не воспринимал подобную лесть в свой адрес.

Дронго сел напротив генерала. Павел Гурвич разместился рядом.

– Я думаю, вы понимаете, что только чрезвычайные обстоятельства могли заставить нас прилететь в Москву, – начал генерал, – и тем более обратиться к вашей помощи.

– Об этом мы уже говорили. Не нужно каждый раз напоминать, как вам неприятно со мной работать.