Идеальная мишень

Уже выйдя из самолета, он заметил нескольких мужчин, явно ожидавших кого-то из пассажиров. Чиряев насторожился. В Германии не принято встречать кого бы то ни было у трапа самолета – кроме официальных государственных лиц. Все без исключения пассажиры обязаны пройти пограничный и таможенный контроль по единым правилам, и лишь после этого встречающие могли общаться с приехавшими.

Еще более его насторожило то, что при его появлении эти «встречающие» обменялись взглядами, перекинулись репликами, явно сговариваясь о чем-то.

Чиряев скосил взгляд на Очеретина, обернувшись, увидел следовавшего в нескольких метрах позади них Баугиса. Подал тому незаметный сигнал – будь наготове. Баугис принял сигнал и, ускорив шаг, прошел мимо, оказавшись непосредственно перед Чиряевым, – Истребитель был защищен охраной с двух сторон.

Они уже подходили к пограничному контролю. Надо только пройти контроль, а там его будут ждать боевики с оружием и автомобилями. После этого он может не опасаться за свою жизнь. Баугис, зная, что первым границу проходит Очеретин, замешкался перед пограничником, пропуская Быка первым.

Тот протянул свой паспорт. Чиряев и Баугис напряженно ждали. А в это время рядом с пограничником вырос один из «встречающих», кто стоял у трапа самолета.

Офицер пограничной службы долго рассматривал документы Очеретина.

– Вы надолго прибыли в Шенгенскую зону? – спросил он.

– Там же написано, – недовольно буркнул Очеретин. – У меня разрешение на три месяца.

– Не забудьте, что срок строго оговорен вашей визой, – напомнил пограничник и наконец поставил печать, разрешая вход на территорию Германии.

Очеретин оглянулся на Чиряева, победно улыбнулся и, получив обратно паспорт, прошел вперед.

Чиряев перевел дыхание. Они получали визу вместе, и, если бы у офицера возникли какие-то претензии к Очеретину, пограничник не пропустил бы того через границу. Значит, с документами и визой все в порядке. В конце концов, они уже не первый раз прилетают в страны Шенгенской зоны.

Чиряев достал свой паспорт, кивнул Баугису и прошел к офицеру, протягивая документы. Баугис заторопился к соседнему окну.

– Ширяев? – спросил пограничник, взяв документы Истребителя.

– Чиряев, – поправил он привычно – в Европе, как правило, не выговаривали первой буквы его фамилии.

– Евгений, – прочел офицер.

– Да, да, Евгений Алексеевич, – усмехнулся Чиряев, – там все написано. У меня есть обратный билет, и я несколько раз бывал в Германии.