День гнева

Он в своем роде гений. И неудачное покушение воспримет как личный провал. И сделает все, абсолютно все, чтобы исправить ошибку. Он не остановится.

– Значит, так, – премьер резко поднялся. Вскочил и директор ФСБ, – ваша задача нас охранять. И задержать сбежавшего преступника. Остановится он или нет – это проблема ФСБ и службы безопасности. Прятаться мы не собираемся. Найдите кого-нибудь, кто остановит вашего гениального «специалиста». Думаю, во вверенном вам ведомстве есть сотрудники, специально подготовленные для такого рода акции.

– По идее должны быть, – сказал директор ФСБ. – Раньше у нас все было. Но за годы после развала Советского Союза никого не осталось – ни специалистов, ни нормальных сотрудников. Только директоров каждый год меняют.

– Обратитесь к кому-нибудь из пенсионеров, – пожал плечами премьер, – для этого вас и поставили директором ФСБ.

– Конечно, – кивнул директор. Он уже пожалел о том, что рассказал премьеру о бежавшем Слепневе.

Но не молчать же. Тем более после покушения на министра финансов.

После ухода директора ФСБ премьер долго сидел в одиночестве, никого не вызывал, ни с кем не разговаривал, даже по телефону, будто этим утром ничего особенного не случилось. Позвонил помощник, доложил, что все материалы уже переданы в информационные агентства.

– Хорошо, – равнодушно бросил премьер и положил трубку. – Интересно, кому могло прийти в голову устранить министра финансов и добиться смены правительства? – Эта мысль не давала премьеру покоя.

Вообще-то он догадывался, кому это на руку. Таких было несколько. Но неужели они связаны с убийцами? Он написал на листе бумаги несколько фамилий. Кто же из них желает именно его отставки? Было над чем задуматься.

День первый. Москва

10 часов 15 минут

Все было как всегда. Сначала в кабинете появились сотрудники МВД, затем офицеры ФСБ и, наконец, представители городской прокуратуры, – словом, началась обычная работа со свидетелем, чудом оставшимся в живых.

Никто не сомневался в том, что покушение было совершено именно на министра финансов. В десять часов утра все информационные агентства России передали эту сенсационную новость. Некоторые телевизионные программы сообщили, что министр погиб в результате террористического акта.

Секретарю приходилось отвечать на многочисленные телефонные звонки, убеждая звонивших, что министр цел и невредим.