Кредо негодяев

Думаю, она очень обрадуется, услышав обо мне, – он почти верил в свою спасительную ложь или делал вид, что верит в свои слова. Или просто ему так хотелось, чтобы она обрадовалась. Он продиктовал номер своего телефона.

– Я обязательно передам, если она позвонит. Но вы так и не сказали, как вас зовут, – немного кокетливо произнесла Барбара.

– Это действительно совсем не важно. До свидания, Барбара.

– Бай, бай, – девушка положила трубку.

В номере было уже очень холодно. Он подошел к терморегулятору и перевел его на положение подачи теплого воздуха.

Затем вновь подошел к окну и, не прислоняясь, посмотрел вниз. Интересно, чего он ждал? Чуда? Три года не подавал о себе никаких вестей. Все было правильно и оттого еще больнее.

Уже не раздумывая, он набрал номер телефона в Бруклине. Видимо, он ошибся. Соединения не произошло. Он вспомнил, что в Бруклине другой код, и привычно набрал знакомые цифры «семьсот восемнадцать». Почти сразу ответили по-русски:

– Алло, кто говорит?

– Это квартира господина Капустина? – спросил он, привычно употребляя английский.

Только сказав фразу, он вспомнил, что по телефону ответили на русском языке. Попадая в другую страну, он словно автоматически переключался на английский язык, и ему трудно было обратное переключение. Сказывался многолетний опыт работы в зарубежных странах, когда там еще не было так много русскоговорящих людей.

– Кто говорит? – Его собеседник владел английским значительно хуже.

– Это его знакомый. Мне хотелось бы поговорить с господином Капустиным.

Когда он меня сможет принять? Я привез привет от его знакомых.

– Каких знакомых?

– Из России.

– Оттуда, значит, – уточнил незнакомый голос, – а по-русски разговариваешь?

– Конечно.

– Так какого хера ты дурака валяешь, – разозлился уже на русском собеседник Дронго. – Мог бы сразу сказать, что приехал из России. От кого привет привез?

– От его знакомых, – уклонился он от ответа, – мне нужен сам Зверь, а ты не кипятись, я же не знал, что можно говорить, а что нельзя.

– Понятно, – он действительно много понял. Раз Дронго назвал кличку Капустина, значит, действительно знал многое и привез привет от определенной категории людей. Дальнейших расспросов не требовалось.

– Когда я могу с ним встретиться? – продолжал давить Дронго.

– Перезвони через полчаса, – предложил его собеседник, – и назови, в какой гостинице ты остановился?

– Отель «Мэрриот Маркиз», – ответил Дронго.