Кредо негодяев

Сведения о том, что Сокол начал работать на ФБР, мы получили несколько месяцев назад. Но это нас не колышет, – он иногда вставлял какие-то жаргонные словечки для убедительности, – мы получили и другие сведения. Кто-то из приехавших начал снова работать на прежних хозяев, пытаясь наладить контакты с посольством в Вашингтоне. – Капустин чуть нахмурился. Ему явно не понравилось это сообщение. Правда, нельзя было понять, отчего он нервничает. Или ему был неприятен факт такого поступка, или он злился оттого, что кому-то стало известно о его собственных контактах с посольством.

– Вы, кажется, знаете больше всех, – в его голосе впервые прозвучала угроза, – никогда не думал, что в Москве живут такие знающие ребята. Если у вас такие связи – то и работайте сами. Зачем мы вам нужны?

– Мы хотим наладить совместный бизнес в странах СНГ, России и США. И, кроме того, нам нужны счета в американских банках. Чистые счета, – подчеркнул Дронго.

– Вот с этого и нужно было начинать, – угрюмое лицо Капустина прояснилось.

Теперь он все понимал. Приезжающие иностранцы не могли открывать в Америке счета на крупные суммы. По американским законам иностранцы не могли ввозить более десяти тысяч долларов наличными, и это обязательство отражалось в таможенной декларации. Для подобных сделок формально нужны были работающие в стране и уже получившие вид на жительство. Конечно, можно было открыть счет с менее крупной суммой – для этого достаточно было тысячи или полутора тысяч долларов. Но перевод денег все равно контролировался банками, а люди типа Капустина или Багирова привыкли иметь дело с наличными долларами.

– Значит, и мы можем иногда пригодиться, – хозяин дома не сводил глаз с пришедшего гостя, – а почему он не позвонил мне?

– Он не будет звонить, – твердо ответил Дронго, – и не будет говорить ни на какие темы. Все телефоны прослушиваются. И, кроме того, кто-то из переехавших хочет заработать очки перед бывшей властью. И нам это ни к чему. Счета могут вполне накрыться.

– Интересно ты говоришь.

А кто, по-вашему, может быть такой сукой? Я всех переехавших за последние несколько лет, кажется, наперечет могу назвать.

– Мы не знаем. Поэтому меня и прислали. И никаких звонков по телефону не будет. Все разговоры через меня, – твердо заявил Дронго. Это был самый главный момент в его «экспедиции».

– Сколько ребят приехали за последний год? – спросил Зверь у своего голубоглазого помощника.

– Из ваших шестеро, – напомнил тот.

Дронго насторожился.