Обозначенное присутствие

Тем более что можно застрять в этих автомобильных пробках на два или три часа. Ведь квартира Гасанова на Тверской. Он соединил две большие четырехкомнатные квартиры на этаже и сделал из них одну очень большую квартиру. Шестикомнатную с тремя ванными комнатами.

– В доме есть охрана?

– Внизу всегда дежурит консьерж. И есть видеокамера с домофоном.

– Давно он переехал в эту квартиру?

– Думаю, что лет десять назад. Или одиннадцать. Точно не знаю.

– Кто еще бывает в квартире, кроме кухарки и водителя?

– В квартире всегда убирала горничная.

– Кто еще мог бывать в этом доме, кроме обслуживающего персонала. Ваша прачка к вам приходила?

– Никогда. Мы отвозили ей белье и сами его получали. Обычно белье отвозил и привозил Сережа.

– В спальню к вашему шефу он наверняка не заходил?

– Нет, – улыбнулся Асадов, – не заходил.

– А кто заходил? Вы работаете с Мастаном Халиловичем уже не первый год. Кто туда заходил?

– Никто.

– А его родные?

– Я их не имел в виду, – чуть покраснел Асадов, – конечно, они могли заходить куда захотят. Его жена, его сын и дочь. Иногда приезжал его младший брат Вугар. Но это близкие люди, и это их квартира, я имею в виду его жену и детей.

– Где работает младший брат Мастана Халиловича?

– Тоже в нашей компании. Занимается финансами. Кому еще можно доверять, если не собственному брату, – улыбнулся Асадов.

Их пригласили на посадку. Входя в самолет, Дронго увидел сидевшего в первом ряду второго салона Эдгара и улыбнулся. Затем прошел на свое место, уступая кресло у окна Руфату Асадову. Они пристегнулись, готовясь к взлету.

– Все время думаю, как удобно, что есть самолеты. Только три с половиной часа – и ты уже в Москве, – сказал Асадов.

– Не нужно говорить заранее, – попросил Дронго, – нам еще нужно долететь. А я в отличие от вас терпеть не могу самолеты.

– Почему? – удивился Руфат.

– Слишком много летал в молодости. Почти по всему свету. И слишком часто попадал в разные переделки. Два раза самолеты горели, один раз при посадке лайнер врезался в бензовоз, и по абсолютной, невероятной случайности никто не погиб. Никто не был даже сильно ранен. Бензовоз был разбит в лепешку, левого крыла у самолета не было, а в салоне все было спокойно. Не считая ссадин и царапин у некоторых пассажиров. Вот такая история.