Обретение ада

Но мало кто из советских людей знал, что руководство советской разведки, ее штаб находятся не здесь, а в построенном в начале семидесятых большом комплексе в Ясеневе. И если название «Лэнгли» было понятно и принято во всем мире как синоним слова ЦРУ, то название «Ясенево» так и не было произнесено ни разу в Советском Союзе ни в печати, ни по телевидению. Но именно здесь и размещалось все руководство Первого главного управления КГБ СССР, или, говоря обычными словами, руководство советской разведки.

В этот день начальник ПГУ пригласил к себе людей, которые должны были проводить операцию «Троя».

Название операции было придумано эрудированными сотрудниками генерала Леонова. Оно было связано с троянской войной и даром, принесенным данайцами, который, как известно, оказался троянским конем, внутри его находились греческие воины. Таким «троянским конем» в период своего переезда в Германию должен был стать агент Юджин, которого планировалось использовать для дальнейшего выяснения судьбы Валентинова, так нелепо погибшего в Праге. Из Германии Юджин, как Одиссей, должен был вернуться на родину после многолетнего отсутствия. Название операции понравилось всем. В первую очередь руководителю советской разведки генералу Шебаршину.

Кроме него, в кабинете сидели трое офицеров. Справа находился худой, подтянутый, строгий генерал Дроздов, один из легендарных руководителей управления, возглавлявшего активные действия советской разведки за рубежом. Имя и деятельность этого человека были тайной даже для многих сотрудников КГБ.

Напротив него сидел другой генерал, человек исключительно интересной судьбы, сумевший фактически в одиночку оказать немаловажное влияние на мировые процессы в начале шестидесятых годов. Тогда еще молодой офицер, Леонов, специалист по проблемам Латинской Америки, был первым человеком в советской разведке, кто сумел осознать и понять природу антиправительственных выступлений молодых революционеров на Кубе. Фактически ни братья Кастро, ни Че Гевара не были теми революционерами, которыми их сделала позже советская печать. Во многом кубинская революция была радикальной формой свержения прогнившей диктатуры Батисты, сделавшего из своей страны один большой публичный дом со своими казино и барами для отдыхающих американцев. Кастровское движение тогда носило отчетливо антифеодальный, антиклерикальный и во многом троцкистский, леворадикальный характер своеобразного бунта молодых людей против существующего режима.