Пепел надежды

– И они его приняли? – Рука с поднятым тузом снова замерла.

– Нет, сказали, что должны проверить.

На этот раз туз лег боком. Колода кончилась. Хозяин дома смел карты в сторону, поднял голову.

– Значит, они еще проверяют, – задумчиво сказал он. – А ну-ка вернись.

Коля быстро подошел к столу. Хозяин мрачно смотрел перед собой. Потом достал из кармана мобильный телефон, набрал номер.

– Филя, – сказал хозяин дачи, – у меня к тебе важное дело. Можно я к тебе приеду?

– Прямо сейчас? – только и спросил тот, кому позвонил Андрей Потапович.

– Да, – тяжело подтвердил хозяин, – я хочу приехать прямо сейчас.

– Хорошо, – согласился неизвестный, и телефон отключился.

– Поедем к Филе, – стремительно поднялся хозяин дачи, – ты поедешь со мной. Родион, – крикнул он кому-то из охранников, – возьми своего водителя, поедем к Филе! Нам нужно поговорить.

– К Филе?.. – переспросил растерянно Коля. – Но меня ждет Лика.

– Она может подождать, – разозлился Колесов.

 – Едем немедленно.

Через пять минут темный «Мерседес» выехал из ворот дачи, направляясь в город. На заднем сиденье сидел сам хозяин дачи Андрей Потапович Колесов. Ему шел уже шестьдесят третий год. В отличие от криминального окружения, сам он был по-своему очень интересный и необычный человек. В прежние времена он сделал неплохую карьеру, успев даже побывать первым секретарем крупного районного комитета партии. Это было уже в конце перестройки, когда общая атмосфера вседозволенности и безнаказанности захватила и немало партийных чиновников.

К девяностому году в некоторых местах вообще складывалась удивительная ситуация, когда даже высшая власть в республике переходила к оппозиции, как это было в Армении, Грузии, Литве, тогда как партийные чиновники все еще оставались на своих местах, формально занимая свои должности.

Именно тогда предприимчивые люди сколачивали миллионы долларов на разнице между наличными и безналичными деньгами, пользуясь всеобщей неразберихой.

Вовремя смекнув, как можно сделать настоящее состояние, Колесов организовал несколько подставных фирм-кооперативов, куда в добровольно-принудительном порядке десятки предприятий и организаций его района переводили деньги. Одна из фирм, якобы занимавшаяся покупкой пропагандистской литературы, получала особенно большие деньги, которые затем переводились в банк, обналичивались и вкладывались в другие, более прибыльные фирмы.