Прайс-лист для издателя

Он считает, что тот был либо американцем, либо итальянцем, и говорил с ним по-английски. Это Ральф Альбринг, он сам обратился в полицию.

Дронго усмехнулся, так он и предполагал. Через пару секунд торжествующий Грисбах ввел уже знакомого ему Ральфа Альбринга. Тот вошел в комнату и сразу уставился на Дронго. Затем поднял руку и неожиданно закричал:

– Это он, он убийца! Я его узнал. Он был там, рядом с убитым, и не хотел меня отпускать!

– Успокойтесь, – недовольным тоном попросил Фюнхауф. – Вы видели, как этот человек убивал?

– Нет, я вошел уже после этого.

И он разговаривал со мной на английском языке. Я его сразу запомнил, думал, что он уберет и меня, как ненужного свидетеля.

– Не беспокойтесь, это международный эксперт, который охранял тело убитого, чтобы к нему никто не подошел. Он ведь не подпускал вас, правильно?

– Да, он сразу предложил мне уйти.

– Понятно. Не волнуйтесь и не переживайте. Это наш человек, и мы проводим совместное расследование. Спасибо вам, герр Альбринг, за вашу информацию.

Начальник полиции проводил до дверей так и не пришедшего в себя от изумления Альбринга и, взглянув на руководителя службы безопасности, зло проговорил:

– В следующий раз вы найдете свидетеля против меня, который будет утверждать, что видел, как и я входил туда, причем несколько раз… Работайте лучше с записями камер наблюдения.

Грисбах молча вышел из комнаты, а вместо него на пороге появился инспектор Меглих.

– Мы уточнили все данные на Марка Ламбрехта. На самом деле это Марко Табакович, бывший гражданин Сербии.

Женившись четыре года назад на Элеоноре Ламбрехт, он взял ее фамилию. Он серб, а не немец, – подчеркнул Меглих, – и получил наше гражданство только три года назад.

Все молчали. Фюнхауф посмотрел на своих коллег и в сердцах произнес:

– Вот вам и международное дело…

Глава 4

На часах было около пяти. Начальник полиции сообщил, что отправляет Меглиха вместе с сотрудниками прокуратуры в Майнц для беседы с супругой погибшего.

Он поблагодарил Дюнуа и Дронго за помощь и пообещал по-явиться четырнадцатого на презентации двухтомника. В «Марриотт» они возвращались пешком, за ними следователи Уотсон и фройляйн Зудхоф, словно надзиратели за своими заключенными.

– Что вы обо всем этом думаете? – поинтересовался Дронго у своего пожилого коллеги.

– Понятно, что Ламбрехт не дошел до нужного ему издательства, – сказал Дюнуа, – значит, кого-то встретил. Возможно, кого-то из своих знакомых.